– Ты же сделаешь альбом бесплатно, да? – родители в группе не понимают, что за свою работу я беру деньги

Когда Варя пошла в этот детский сад, я успокоилась — хорошие воспитатели, спокойная обстановка. Ничто не предвещало бури. Но она грянула на общем собрании.

– Родители, нам нужен выпускной альбом к майскому празднику! – объявила председательница родкома Марина Петровна, энергичная дама с блокнотом.

– Я знаю одного студийного фотографа, – подала голос полная Лида. – Он берет тридцать тысяч.

– Дорого, – отрезала Марина Петровна. – У меня знакомый делает за двадцать.

Я работаю дизайнером полиграфии уже восемь лет. Сама верстаю альбомы, открытки, календари. И тут, как назло, решила открыть рот.

– Уважаемые, – сказала я нейтрально, – изготовление альбома — это не просто фото. Это подбор снимков, цветокоррекция, компоновка, печать. Я могла бы посоветовать проверенного верстальщика.

Лида ахнула:

– Так ты же сама дизайнер! Помнишь, Варя показывала твою работу на выставке?

Я кивнула, не понимая, куда всё катится.

– Гениально! – Марина Петровна захлопала в ладоши. – Своя верстальщица в группе! Сделаешь альбом бесплатно, да?

Я объяснила: заказы расписаны на два месяца вперёд, каждый проект оплачивается клиентами. Это моя единственная работа.

– Отмени клиентов! – фыркнула Лида. – Свои же дети! Для них постараться надо.

Я попыталась перевести разговор в практическое русло:

– Хорошо. Я могу сверстать альбом. Но за материалы и печать родителям придётся скинуться. И моя работа стоит...

Меня перебили.

– Какие деньги?! – зашипела Марина Петровна. – Ты что, с нас шкуру драть собралась? Мы тебе не чужие! Варя с нашей Олесей дружит!

И понеслось. Меня назвали жадной, бессердечной, упрекнули, что я «на детях наживаюсь». Кто-то крикнул: «Ничего с тобой не случится, если пару вечеров посидишь ради группы!».

Я попробовала до них достучаться. Объяснила, что вёрстка альбома — это сорок часов работы за компьютером. Что я не печатаю кнопкой, а подбираю каждый фон, каждую рамку, чтобы у всех детей были красивые развороты. Что на эти деньги я покупаю Варе обувь и книжки.

– И что? – скрестила руки на груди Марина Петровна. – Свои люди — сочтемся. Понимать должна!

«Понимать» — ее любимое словечко. Означает оно: «Мы считаем твой труд бесплатным приложением к материнству».

Я предложила выход: вот контакты студентки, она сверстает альбом за восемь тысяч, просто ради опыта.

– Нам качество нужно! – заорали из угла.

– Тогда платите как за качество, – ответила я уже жёстко. – Сделаю скидку по знакомству.

Марина Петровна вскочила:

– Да как ты смеешь! Такие корыстные люди нам в группе не нужны!

Она выбежала. Лида и ещё две активистки ушли следом, бросив на меня испепеляющие взгляды.

Через час в родительском чате меня демонстративно игнорировали. Вопросы про сменную одежду повисали в пустоте. На утренней встрече в саду мне перестали кивать. Одна мама шепнула: «Условие — или ты делаешь альбом даром, или ты изгой».

Я не сдамся. Почему-то в обществе есть странный закон: если ты дизайнер, кондитер или швея — ты обязан одаривать «своих». Пусть тогда папа-сантехник бесплатно чинит краны во всей группе. А бабушка-врач лечит всех детей без очереди. Тоже ведь «понимать надо», правда?

Я написала заявление у заведующей о том, что готова провести мастер-класс для детей по созданию открыток — бесплатно. А коммерческие заказы выполняю только по договору.

Марина Петровна теперь обходит меня стороной. Но вчера вечером мне написала мама Ани: «А можно попросить вас сверстать альбом для моих двойняшек? Я заплачу. Без всякого "по-соседски"».

Я согласилась. И сегодня ночью, когда Варя уснёт, я открою ноутбук и начну подбирать для её дочек розовый фон с зайчиками. За деньги, как у всех нормальных людей.