– Ты не имеешь прав на эту недвижимость, – сказала свекровь о квартире, за которую я одна выплачивала ипотеку

Я работаю в строительной компании, где мы создаём проекты для бизнес-центров и частных домов. Мои доходы позволяют мне чувствовать себя более чем уверенно.

С Лёшей мы встретились семь лет назад. Его старший брат, Сергей, наш давний деловой партнёр, как-то привёл его в нашу фирму по делам. Мы разговорились, и он пригласил меня в соседнюю кофейню. Во время наших свиданий он казался мне идеалом внимательности и заботы. 

Через десять месяцев он пригласил меня на вечернюю прогулку по центральному парку. Мы шли по аллее, и вдруг впереди зажглись сотни гирлянд, сложившись в вопрос: «Алиса, стань моей женой?». Я, разумеется, ответила согласием. 

На тот момент мы оба жили с родителями. После свадьбы мы переехали в квартиру его матери, твёрдо вознамерившись быстро скопить на собственное жильё. Я получала хорошие деньги, и мы планировали откладывать почти всю мою зарплату. 

Но эти планы так и остались мечтами. Лёша работал на скромной должности. Его заработка едва хватало на личные нужды. А вскоре после моего переезда начались бесконечные финансовые «чрезвычайные ситуации»: то у свекрови сломался телевизор, то её подруга предложила путёвку по «невозможной» цене. Накопления таяли на глазах. Потом мой супруг попал в мелкое ДТП, и его скромные сбережения ушли на ремонт. Вскоре он оставил работу, сославшись на невыносимую атмосферу в коллективе. 

Отношения с его матерью стали портиться. Она постоянно критиковала мою занятость, мои вещи. Особенно её раздражало, что я поздно возвращалась с проектов. Я терпела, не желая ссор. 

Рождение сына всё расставило по своим местам. Я вышла из декрета досрочно, удалённо выполняя часть задач. Мой муж в это время пребывал в творческом поиске. Он пытался стать музыкантом, дни и ночи напролёт разучивая аккорды на гитаре, но на серьёзный заработок это, увы, не тянуло. 

Именно тогда друзья сообщили о продаже прекрасной трёхкомнатной квартиры в новом районе. Я загорелась. Мы с Лёшей поговорили, и я настояла на ипотеке. У меня была небольшая сумма, но на первоначальный взнос её не хватало. Муж обратился за помощью к Сергею. Тот, будучи человеком дела, одолжил необходимую сумму без лишних вопросов. Мы договорились, что Лёша лично займётся возвратом этих средств. 

Жильё мы оформили в совместную собственность. Переехав, я погрузилась в работу с головой. Приходилось тянуть ипотечные выплаты, покрывать текущие расходы, обеспечивать сына. Муж тем временем устроился охранником, получал гроши. 

Естественно, о возврате долга брату не шло и речи. Я чувствовала неловкость при каждой встрече с Сергеем, а моему супругу было, казалось, совершенно всё равно. Я поняла, что ждать от него перемен бесполезно и подала на развод. Моя свекровь примчалась на следующий же день. 

— Ты не имеешь права претендовать на эту недвижимость! — заявила она. — Первый взнос вносили на деньги моего старшего сына! 

— С чего вы взяли, что я оставлю ему жильё, которое полностью содержу? — удивилась я. 

Я перестала тратиться на что бы то ни было, кроме самого необходимого для ребёнка, оплаты счетов и проезда. Родители, видя моё положение, одолжили мне недостающую сумму. Я принесла деньги Сергею и взяла с него расписку о полном погашении долга. 

Только после этого я официально запустила бракоразводный процесс. Свекровь снова явилась с претензиями, требуя, чтобы я освободила жилплощадь. Я молча показала ей расписку. А вместе с ней — официальные справки о своих доходах за последние годы и выписки из банка, подтверждающие, что все ипотечные платежи шли с моего счёта. 

— Пусть ваш сын предоставит суду хотя бы одно доказательство своих финансовых вливаний в эту квартиру, — холодно заметила я. 

Она пробормотала что-то о судебном разбирательстве. 

— Пожалуйста, — ответила я. 

До суда, разумеется, дело не дошло. Я настояла, чтобы Лёша оформил дарственную на свою долю в квартире на нашего сына. Я пояснила ему: долг вернула я. Или он отказывается от своей части, или мы выясняем отношения в суде. Подала также на алименты, хотя его скромные переводы мне не нужны — я просто кладу их на отдельный счёт для ребёнка. 

Сергей как-то признался, что, знакомя нас, надеялся, что я повлияю на брата, сделаю его более собранным. Увы, нет.