- Только попробуй в опеку пойти, - соседи взяли приемного ребенка, издеваются над ним, а еще и мне угрожают

Я живу в своей квартире с 19 лет. Мне в наследство от бабушки двушка досталась. Я сразу же переехала в нее, когда стала хозяйкой. Тогда я училась, работала, сама себя обеспечивала. Все у меня прекрасно было.

С соседями я нормально общалась. У нас на этаже только две квартиры. Во второй жили пенсионеры. Алла Дмитриевна и Игорь Данилович со мной всегда здоровались, с праздниками меня поздравляли. Порой помогала им продукты принести из магазина.

Несколько лет назад эти пенсионеры решили продавать квартиру и покупать себе однушку, чтобы платить меньше нужно было за нее. Своя логика у них была.

В их квартиру въехала молодая пара. Дима и Ира показались мне вполне нормальными людьми. Они познакомились со мной сразу, пирог принесли.

- Приходите к нам, если надо будет что-то, - сказали они мне.

Я тоже сказала, что на мою помощь они могут рассчитывать. После этого мы распрощались. В дальнейшем мы с Ирой раззнакомились. И она стала делиться со мной личным.

- У нас нет детей, мы лечимся, но не приносит это желаемых плодов, - жаловалась соседка.

Я поддерживала Иру, как могла. А что еще я могла сделать? Соседка и продолжала мне плакаться. А в какой-то момент она перестала это делать.

Потом я поняла, в чем дело было. У Иры и Димы ребенок появился. Им стал Стас, мальчик 8 лет, которого они усыновили.

- Умный парень такой, смышленый, - рассказывала соседка. – Так я рада, что мы на этот шаг решились.

Стас оказался очень хорошим и воспитанным мальчиком. Он у соседей в начале лета появился. И они с ним несколько месяцев везде вместе ходили, на улице играли. Приятно наблюдать было.

Когда учебный год начался, я неладное почувствовала. Ира стала часто ругаться и кричать. Я поначалу думала, что имеют место быть бытовые какие-то разборки. Но потом я услышала четко, что и как она говорит своему приемному сыну. У меня волосы дыбом на голове встали.

- Ты ненормальный! – орала Ира на Стаса. – Как тебя земля вообще носит? Совсем тупой и не хочешь умнеть даже!

И все высказывания были в таком духе. Я понимала так, что ребенок в школе не очень хорошо успевал, оценки плохие получал. И за них Ира так жестко его отчитывала.

Как-то я увидела, что Ира ударила Стаса. Я тогда выходила из своей квартиры, а соседка как раз с ребенком возвращалась откуда-то.

- Зачем ты так? – спросила я Иру. – Что он такого мог сделать, чтобы так его бить?

Соседка попросила меня не лезть не в свое дело и молчать, не говорить никому и ничего.

- Он довел меня, - сказала Ира. – Опять в школе на него жаловались. Сколько я краснеть буду?

Я не понимала такого обращения с ребенком, но в тот раз не стала вмешиваться. Всякое же бывает, все мы сорваться можем когда-то.

А потом, это в конце сентября где-то было,  увидела, как с ребенком обращается Дима. Он его вытянул из машины, толкнул, после чего еще и ударил. И орал он на Стаса при этом.

Я к машине своей подошла тогда, запустила ее, а потом решила поговорить с Димой, напомнила ему, что они с Ирой несут ответственность за своего ребенка и за его здоровье.

- Только попробуй в опеку пойти, - будто бы прочитал мои мысли Дима. – Я не знаю, что с тобой сделаю!

И чтобы быть убедительным, Дима проколол шину у моего автомобиля. Я обнаружила это, когда следующим утром собралась ехать в магазин.

У меня тогда не было доказательств, что это сделал сосед. Но внутренний голос мне подсказывал, что это так.

Через неделю я опять стала свидетелем того, что Ира и Дима жестоко обращаются с приемным ребенком. И я пошла в опеку, сообщила об этом.

Сотрудники этой службы быстро отреагировали на мое обращение. И к Ире с Димой пришла комиссия.

Соседи поняли, что я натравила опеку на них, пришли ко мне ругаться, стали мне угрожать. Тогда-то Дима и признался, что он мне колесо проколол.

- Мало было того предупреждения? Я еще какое-нибудь сделаю, если не прекратишь лезть не в свои дела.

Я переживаю за свой автомобиль, за себя. Все-таки Дима и Ира – люди жестокие, как я успела понять. Кто знает, что у них в голове? Мне советовали заявление в полицию написать за угрозы. Но у меня свидетелей нет, которые слышали бы тот разговор. Не уверена, что смогу так что-то доказать.