Свекровь отказалась ложиться в больницу, потому что считает, что ее муж и сын без нее пропадут

С Валентином мы познакомились, когда учились в университете. Так получилось, что и я, и он оказались далеко от родных краев в студенческие времена.

После окончания ВУЗа мы решили пожить вместе, присмотреться еще друг к другу. И мы сняли квартиру, прожили так ровно год.

Потом уже мы свадьбу сыграли. Праздника у нас толком не было. Мы расписались, с несколькими друзьями поужинали в тот день.

- К родителям поедем потом, когда отпуск будет, - сказал муж.

Через несколько месяцев мы взяли за свой счет, отправились к моим родителям. Там все прошло хорошо, никаких потрясений не было.

А вот визит к свекрам был с сюрпризами. Я вообще перестала понимать, как муж при таком отношении вырос нормальным человеком.

Лилия Дмитриевна и Анатолий Вадимович встретили нас, пригласили за стол. С нами тогда сидел и младший брат мужа Боря.

Я сразу же обратила внимание на то, что все делает свекровь. Лилия Дмитриевна то и дело подпрыгивала: то она подавала вилку кому-то, то соль, то салфетку. Никто не сделал ни единого лишнего телодвижения, пока мы обедали.

- Спасибо, - сказали в конце трапезы свекор и деверь.

После этого свекровь стала сама все убирать со стола. Я принялась ей помогать. И пока мы мыли посуду, она мне поведала много интересного.

- Мой муж за годы нашей семейной жизни ни единой тарелки не помыл. Я все сама делала по дому, не подпускала мальчиков своих к хозяйству.

Когда свекровь это говорила, в ее голосе звучали нотки гордости, хоть гордиться на самом деле здесь было особо нечем. Но я это мнение оставила при себе, потому что понимала, что Лилия Дмитриевна не разделит его.

- Меня дедушка растил, - сказал мне вечером Валентин. – Он научил меня готовить что-то, убирать за собой, по дому делать что-то.

Мне все стало понятно. Боре только не повезло так. Свекровь, когда он родился, стала работать гораздо меньше. И ее гиперопека дала результат: младший сын не хотел ничего делать вообще.

Когда мы вернулись домой, я стала наблюдать за Валентином. Я боялась, что он возьмет пример с отца, переложит все бытовые заботы на мои плечи. Но этого не произошло.

Мы так и продолжили делить бытовые обязанности, по очереди еду готовили и убирали. Я и вздохнула с облегчением.

Через пару месяцев позвонила Лилия Дмитриевна. Она стала жаловаться на боли в сердце. И Валентин настоятельно рекомендовало ей обратиться к врачу.

- Нет у меня времени, - говорила свекровь. – Столько дел по дому ежедневно, что не передать словами.

Но все же обратиться к доктору свекрови пришлось, потому что ее состояние ухудшилось. В тот день Анатолий Вадимович «скорую» вызвал, врачи которой вообще госпитализацию предложили Лилии Дмитриевне.

Но только свекровь отказалась ехать в больницу. И причина была та же: ее мальчики без нее не справятся.

Тогда говорить со свекровью было бесполезно. Она стояла на своем, говорила, что ей и так станет легче.

- Я им проверку устрою, посмотрю, как они будут справляться, - говорила мне Лилия Дмитриевна. – Если все будет хорошо, то лягу в больницу.

Но проверку какую-то деверь и свекор провалили. И поэтому Лилия Дмитриевна даже думать не хотела о том, чтобы просто обследоваться, не говоря о каком-то лечении.

- Ей операция может понадобиться, - говорил мне Валентин, - а она все шутки шутит. Как вообще можно так к себе относиться?

Я все понимала, поэтому не оставляла попыток повлиять на свекровь. Но Лилия Дмитриевна слушать меня не хотела. Она все твердила, что без нее дома все рухнет.

Я даже думала о том, чтобы поехать и побыть со свекром и деверем, пока Лилия Дмитриевна будет в больнице. Я бы на себя все взяла. Но и от такого варианта свекровь отказалась.

- У вас с Валей свои заботы, - сказала она. – Чего ты будешь вокруг моих мужа и сына прыгать?

Мой Валентин рвет и мечет. Он не может жить с мыслью о том, что матери нужно лечение, а она не может получить его из-за двух бытовых инвалидов.

Валентин сказал мне, что будет настаивать на госпитализации, уговаривать маму, пока она не согласится. Пока что все безуспешно, но я надеюсь, что все-таки свекровь подумает о себе, пока слишком поздно не стало.