Свадьбы ещё не было, а будущая тёща уже вклинилась в нашу жизнь и диктует дочери, что делать

Мы с Аней жили почти два года. Я уже и кольцо приглядывал, думал, летом сделаю предложение. Но была одна проблема – её мать, Галина Сергеевна. Женщина одинокая, въедливая.

Сначала всё было терпимо. Приходили в гости, я помогал с розетками, слушал её нотации про то, что мужик в доме должен заколачивать гвозди, а не в телефоне сидеть. Я кивал, улыбался. Но когда мы съехались, Галина Сергеевна стала появляться в нашей жизни с пугающей регулярностью.

– Она просто помогает, – оправдывалась Аня. – Переживает за нас.

Помощь была странной. То ей не нравилось, как я яичницу жарю, то она переставляла мои вещи в шкафу, потому что «так удобнее». Сначала молчал, потом начал огрызаться. Аня вставала на её сторону.

– Ну потерпи, это же мама. У неё никого нет, кроме меня.

Я терпел. Месяц, второй, третий. Галина Сергеевна звонила по десять раз на дню. Если Аня не брала трубку, начиналась паника. Аня приезжала от неё злая, вымотанная, срывалась на мне из-за любой мелочи.

Как-то раз мы с Анютой собрались на пикник с друзьями. Я замариновал мясо, накупил вкусностей, предвкушал отличный выходной. Звонит Галина Сергеевна: «Дочка, я вам пирожков испекла, сейчас зайду». Аня отказалась ехать. В итоге мать просидела у нас до вечера, пикник накрылся медным тазом, а мы слушали, какие нынче друзья ненадёжные и что отдыхать надо семьёй.

Последней каплей стал вторник. Я пришёл с работы уставший, хотел просто заказать пиццу и посмотреть футбол. Аня встретила меня фразой:

– Мама сказала, что ты эгоист.

Я снял кроссовки и спросил спокойно:

– Аня, а ты своё мнение имеешь? Или только мамино?

Она вспыхнула.

– Не смей так про маму!

– Я не про маму. Я про тебя. Ты слышишь, что она про меня говорит? Что я рукожоп, что я тебя недостоин, что квартиру не купил. И ты молча это глотаешь.

– Это же мама...

– Всё, – сказал я. – С меня хватит.

Я собрал рюкзак. Аня плакала, кричала, что я её бросаю, что она без меня не сможет. Наверное, мог бы остаться, обнять, но устал бороться с тенью её матери, которая всегда была между нами.

Ушёл к другу, скучал по Ане зверски. По её смеху, по тому, как она зарывалась носом мне в плечо. Даже по её дурацким сериалам.

Но жалею ли я? Нет. Легче потерять любовь, чем самого себя.