– Родную сестру в интернат сдала, а чужого ребенка воспитываешь? – моя младшая пытается сделать меня виновницей всех своих проблем

Мы с Андреем только подошли к отделу с детской обувью, как Полина тут же заныла, что хочет еще мороженое. Я присела перед ней на корточки и тихо напомнила: мы договорились, что сладкое будет после покупки новых сандалий. Поля надулась, но кивнула. Умная девочка, хоть и с характером.

Я уже почти расслабилась, когда услышала за спиной знакомый до боли смех. Резкий, с нотками наигранной истеричности. Катя стояла в проходе между стеллажами, уперев руки в бока. Похудела, волосы выкрасила в неестественно белый, но взгляд остался прежним – тяжелым и ищущим виноватых.

– Светка, неужели ты? А я думала, ты в городе больше не появляешься после того позора.

Андрей, услышав незнакомый голос, обернулся и машинально взял Полю за руку. Я сказала сухо:

– Здравствуй, Катя. Мы спешим.

– Конечно, спешишь. Тебе всегда было на меня плевать. Сначала в интернат сплавила, теперь, гляжу, чужих детишек воспитываешь? – она кивнула на мою ладонь, лежащую на плече у девочки. – Мужчину охмурила, а про совесть забыла.

Я перехватила недоуменный взгляд Андрея, но решила не устраивать разборок при ребенке. Катя же, словно почуяв слабину, шагнула ближе и заговорила громче, обращаясь уже прямо к моему спутнику:

– А вы в курсе, кого в жены берете? Сестра называется! Отдала меня казенным людям.

Андрей нахмурился. Я легонько сжала его локоть, давая знак молчать, и посмотрела сестре прямо в глаза.

– Мы можем встретиться завтра в кафе и поговорить спокойно. Без свидетелей и криков.

– Ах, завтра? Ну да, тебе же главное – репутацию спасти. Ладно, Света, живи пока. Только помни: я всем расскажу, какая ты на самом деле, – бросила она и скрылась.

Домой мы вернулись в тягостном молчании. Поля заснула в машине, Андрей занес ее в кровать, а сам пришел на кухню, где я сидела.

– Расскажешь? – спросил он без упрека.

Я вздохнула. Откладывать этот разговор было уже бессмысленно.

Мама умерла, когда Кате едва стукнуло четырнадцать, мне было двадцать, а Димка, наш брат, как раз уехал по контракту на Север. Квартиру оставили нам, но отвечать за подростка пришлось мне одной. Первое время я пыталась быть для Кати не просто опекуном, а подругой.

 Деньги уходили на ее одежду, репетиторов и врачей. Вот только сестре быстро наскучила тихая жизнь. Сперва начались звонки от классной руководительницы: Катя срывала уроки. Потом пошли компании на районе, о которых говорили исключительно нехорошее. Я просила, уговаривала, пробовала запрещать – всё без толку.

Однажды она пришла под утро с запахом вина, а на мое замечание ответила таким матом, что у меня уши заложило. Финал настал, когда мне позвонили из супермаркета и сообщили, что моя несовершеннолетняя сестра попалась на краже косметики. Ущерб был небольшим, но факт оставался фактом.

Я примчалась, заплатила штраф, выслушала нотации охранника и впервые за долгое время разревелась прямо на улице. А вечером того же дня Катя снова сбежала через окно, оставив записку из пары строк: мол, не твое собачье дело.

Я замолчала. Андрей сидел напротив, катая по столу телефон.

– Понимаешь, я не мать, я просто старшая сестра. Я не могла запереть ее в комнате или привязать к батарее. У меня не было рычагов. Когда соцслужба поставила вопрос ребром, я написала отказ, потому что устала бояться. Бояться участкового, бояться, что она приведет в дом кого похуже. Ей было почти шестнадцать, она всё понимала.

– А сейчас? Ей же уже за двадцать. Может, одумалась? – тихо спросил Андрей.

– Ты видел ее сегодня. Никакого раскаяния. Она до сих пор считает, что мир должен вращаться вокруг нее, а я – главная злодейка. Если ты решишь, что я поступила жестоко и недостойна тебя, я пойму.

Он взял меня за руку.

– Я бы не смог тебя осудить. У меня у самого дочь растет. Я знаю, что воспитание – это не всегда розовые пони. Иногда это самые трудные решения.

Больше мы к этой теме не возвращались. На свадьбу Катю не звали, да она бы и не пришла. Иногда прошлое стоит на месте, и тащить его за собой в новую жизнь – только портить собственное будущее.