– Попроси у своих родителей, – сказала жена, рассчитывая на то, что они со временем простят нам долг

Однажды мы с Кирой увидели в автосалоне серебристый внедорожник. Жена сразу загорелась.

– Макс, смотри, какая красота! – Она обошла машину кругом. – Именно о такой я мечтала.

Мы были не против сменить нашу старенькую малолитражку, но этот вариант оказался нам не по карману. Сумма не сходилась, причем существенно.

– Мне кредит не светит, – заявила Кира. – В моей трудовой за последний год только фриланс, банкам это не нравится. Оформлять придется на тебя.

– Сомневаюсь, что получится, – честно признался я. – Помнишь, я рассказывал про ту историю с просрочками? Из-за нее у меня черная метка.

– Чем все закончилось в тот раз? – спросила она, хотя ответ, кажется, знала.

– Выручили отец с матерью, выплатили и долг, и все штрафы, – ответил я, чувствуя старый стыд.

Так и вышло. Мне отказали везде, куда мы только ни подавали заявки.

– Я так расстроена, – хныкала Кира. – Кто-нибудь другой его купит, пока мы копим.

Стали искать, у кого одолжить. Друзья разводили руками.

– Брат, сам в долгах как в шелках, – сказал мой приятель Лёха. – Сорян.

– Обратился по адресу, – фыркнул другой. – У меня ипотека, дети, собака, жена хочет на море. Прости.

У знакомых Киры тоже свободных средств не нашлось. Оставался один вариант – мои родители. Они держат небольшую автомастерскую. Помогали нам часто, но не в таких масштабах.

– Давай просто отложим покупку, – предложил я. – Или выберем что-то проще.

– У всех уже давно хорошие машины, а мы как лузеры! – возмутилась она. – Хватит экономить на всем! Жизнь проходит!

– Я не экономлю, я реалист, – пытался я возразить. – Нужно соотносить желания с возможностями.

– Предлагаешь на самокате кататься? – крикнула Кира и выбежала из кухни, хлопнув дверью.

Мы помолчали пару дней. Я, как дурак, купил огромный букет, чтобы помириться.

– Попроси у своих родителей, – заявила она, нюхая розы. – У них деньги есть.

– А отдавать как? – не понял я.

– Можно без графика, понемногу, – начала хитрить жена. – Они же не станут с родного сына строго требовать. Может, и простят потом.

– Ты тоже у своих родителей одна, а они нам за три года только электрический чайник подарили, – сорвался я.

– Мои не могут, а твои – могут! – закричала она. – Они же нас в суд не затащат! Договоримся как-нибудь.

Я долго метался. Кира давила, плакала. Я поехал к отцу с матерью.

– Это серьезные деньги, – сказал отец. – Кира не работает, ты один тянешь. Как отдавать планируете?

– Буду по частям, – буркнул я.

– Возьмите машину скромнее, – предложил он.

– Но нам нравится именно эта, – уперся я.

– Мы с твоей мамой на жигулях пятерке десять лет отъездили, – не сдавался отец. – А вы кто такие, чтобы сразу на дорогом разъезжать?

– Зачем так говорить? – обиделся я. – Все наши ровесники уже на хороших машинах ездят!

– Ладно, – вмешалась мама. – Решение такое. Составим официальную бумагу – договор займа. С процентами и четкими сроками.

– Вы что, издеваетесь? – вспылил я. – Я пришел к семье, а вы мне как в банке!

– Ты пришел не совет спросить, а финансы получить, – холодно заметил отец. – Обсуждай с женой. Если согласны – приходите, документ посмотрите.

– Не может быть! – закричала Кира, когда я передал ей их слова. – Они что, с ума сошли?

– Завтра пойдем, почитаем их договор, – мрачно сказал я.

– Родные люди решили на нас заработать! – она металась по гостиной. – Прекрасно! Мир тесен, посмотрим, что будет!

– Успокойся и не говори так о моих родителях, – закипел я.

– Настоящие родители помогают, а не условия диктуют! – не унималась она.

– Напомни-ка, кто нам эту квартиру купил? – бросил я ей перед тем, как выйти, хлопнув дверью.

За деньгами я не пошел. Потом стал общаться как ни в чем не бывало. Кира тоже делала вид, что ничего не произошло.

Но я знал, что родители больше не верят нам на слово. И я их понимал. В какой-то момент, глядя на Киру, которая снова листала каталоги машин, я осознал простую вещь: мы вели себя как избалованные дети. И этот внедорожник нам был не нужен. Нужно было просто расти.