Подруга-разлучница приехала просить, чтобы я вернула ее на работу после всего, что она сделала

Мы с ней с первого класса вместе. За одной партой просидели почти все школьные годы, в институт вместе поступили, потом даже устроились в одну компанию, только в разные отделы. Она была мне как сестра, ближе, чем родственники.

Вкусы на мужчин у нас, кстати, отличались кардинально: мне нравились спокойные, рассудительные, ей — шумные балагуры с горящими глазами. Конфликтов на этой почве не случалось.

Когда она начала встречаться с Димой, я искренне радовалась. Ну, наконец-то, думаю, отойдет от своих ветреных ухажеров. Дима был приятный, веселый, но не пустышка, работал, строил планы. Встречались они уже месяца четыре, и я считала, что всё у них серьезно.

Тем удивительнее было, когда на одном корпоративе Дима, перебрав лишнего, догнал меня в гардеробе и начал нести какую-то околесицу про то, что я невероятная и он всегда мечтал познакомиться со мной, а не с Алисой. Я его резко осадила.

Потом в понедельник прямо в офисной кухоньке пересказала Алисе эту сцену, мол, разбирайся со своим кавалером сама. Алиса вспыхнула, психанула, но Диму выставила. Даже спасибо мне сказала потом, что я такая честная.

Я была уверена, что уж наш-то корабль никакие мужские штормы не пробьют. Только вот на горизонте появился Антон. Мой будущий муж. Мы прожили с ним пять лет. Пять ровных, хороших лет, как мне казалось.

 Алиса к тому моменту всё перебирала варианты, жаловалась, что мужики вокруг ненадежные, что ей фатально не везет. Я ее подбадривала, домой к нам звала, мы втроем частенько ужинали. Антон к ней относился снисходительно, называл «вечной искательницей».

Вскрылось всё случайно. У меня заболел зуб, и стоматолог назначил прием посреди рабочего дня. Я отпросилась, заскочила домой переодеться. Захожу в спальню, а там картина маслом. Мой муженек и лучшая подруга.

Я стояла в дверях секунд десять, пока они меня не заметили. Алиса посмотрела на меня как-то испуганно, но без раскаяния, знаете, как провинившаяся собака, которую поймали на стащенной со стола котлете.

Я молча развернулась и ушла на кухню ждать, пока они соберутся. Антон что-то мямлил про «так получилось», про то, что это длилось около трех месяцев. Алиса же молчала, комкая в руках свой сарафан.

Через три дня Антон вывез свои чемоданы. Алисе я написала смс, чтобы забыла мой номер. В тот же день я рассказала всё своей начальнице и паре коллег, просто чтобы в курилке не сочиняли небылиц.

На работе Алиса появилась на следующий день с красными глазами, всем видом показывая, что она — жертва обстоятельств. Но коллектив встретил её прохладно, даже те, кто обычно любит посплетничать. Она держалась месяц, а потом написала заявление по собственному.

Я не задавалась вопросом «почему», я давно поняла, что есть люди, которые не хотят строить своё, им проще присвоить чужое. Год пролетел незаметно. И вот на днях я выхожу из торгового центра, а на парковке, облокотившись на мою машину, стоит Алиса.

Я брелок нажала, говорю: «Отойди, пожалуйста». А она хватает меня за руку и выдает: «Верни меня на работу, а? Антон меня бросил еще полгода назад, я без денег сижу. Ты же можешь словечко замолвить в отделе кадров».

Я аж опешила. Вот так, без «здрасьте», без извинений. Просто «верни меня». Я посмотрела на нее внимательно и спросила лишь: «Ты что, правда думаешь, что я стану это делать?».

И столько искреннего изумления было в её глазах, когда я отказала. Она ведь была уверена, что достаточно просто попросить, что наша дружба — это такой безлимитный счет, с которого можно брать вечно, даже после того как ты его обокрала.

Я села в машину и уехала. Наверное, кто-то скажет, что я жестокая, что люди совершают ошибки и надо уметь прощать. Но я поймала себя на мысли, что мне не стыдно за свой отказ.