Подруга обиделась, когда меня после декрета повысили, а ее, которая все это время пахала, оставили на той же должности

С Томой мы стали работать вместе 7 лет назад. Она в нашу организацию пришла сразу же после меня. Мы, две новенькие, стали держаться вместе, потому что так легче было адаптироваться.

Постепенно мы с Томой подружились, вне работы начали видеться, общаться. И о многом мы разговаривали.

- Я поработать хочу еще, плотно позаниматься карьерой, - сказала Тома. – Семья мне пока что не нужна. У меня молодой человек есть, мы живем вместе, может, распишемся скоро, но дети – это табу на сегодняшний день. Повременю с ними, потому что они от работы отвлекать будут.

Я имела другое мнение, другие желания. Я была замужем, не видела помехи для карьеры в детях. И Томе я об этом говорила.

- Если забеременею, то буду рожать. Ребенок станет для меня стимулом.

Подруга только усмехалась. Ей казалось, что нереально совместить карьеру и материнство, а еще и преуспеть и там, и там. Через полтора года меня повысили, Тома тоже новую должность получила. Между нами не было конкуренции, как мне казалось. Мы дружили, работали хорошо, но не пытались друг друга подсидеть.

Я забеременела через полгода после того назначения. И я решила оставить ребенка, сообщила начальству, что мне предстоит уходить в декретный отпуск. Тома порадовалась за меня, пожелала мне и малышу крепкого здоровья. Я доработала до 8 месяца беременности, после чего ушла в декрет.

Я до 3 лет была рядом с сыном, не помышляла даже о том, чтобы на работу раньше выйти. Мне каждый шаг хотелось видеть. Потом уже Тимофей пошел в садик, а я вернулась в офис. Тома была на новой должности, ее повысили за то время, что меня не было.

- Наверстывай упущенное, - сказала мне подруга.

Я принялась за работу, но держала в голове то, что пока что карьера моя не будет строиться быстро. Все-таки ребенок только в сад пошел, наверняка там болеть будет. Но мне повезло, потому что Тимофей не так часто заболевал и требовал повышенного внимания с моей стороны. Я и работала спокойно, выполняла свои обязанности. Через некоторое время после декрета мне дали сложный проект, который я вела от начала и до конца. Результатами моей работы все остались довольны. И я получила очередное повышение, которое и прибавку к зарплате подразумевало. Так мы с Томой оказались на одинаковых позициях. И тогда еще коллега и подруга по совместительству радовалась за меня.

Недавно все изменилось. Меня к себе в кабинет вызвал руководитель нашего отдела. И от Александра Владимировича я узнала, что освобождается место его заместителя.

- Будет увольняться Оксана Ивановна, поэтому на ее место будут искать кандидата. Вы не против пойти на эту должность? Я бы порекомендовал Вас вышестоящему начальству.

Я не против была. Мне нужны были деньги, потому что мы с мужем расширяться планировали, покупать кучу всего хотели. И я согласилась пойти на должность зама начальника отдела. Заранее я никому и ничего не говорила, как просил меня Александр Владимирович. Все, в том числе и Тома. Узнали о моем назначении, когда уже приказ был подписан. Коллеги порадовались за меня, поздравили меня с назначением. Все это сделали. Но только не  Тома. Я думала, что она потом. Например, после работы, мне все скажет, порадуется за меня. Но Тома вообще перестала со мной разговаривать. Даже на рабочие вопросы мне она сквозь зубы отвечала. Зато с другими нашими коллегами она любезно общалась. Я решила поговорить с Томой нормально, спросить, что не так. Но от нее я не добилась вразумительного ответа. Зато Снежана, которая в нашем отделе работает уже год, на правду мне глаза открыла. Все дело в зависти было.

- Ты из декрета вышла и такое повышение получила. А она ради карьеры семью на второй план задвинула и ничего не добилась. Конечно, ей кажется, что по отношению к ней несправедливо поступили, она ведь так старалась, пока ты «отдыхала» в декрете.

С Томой мне все понятно. Главное, что коллеги не считают мое повышение несправедливым и преждевременным. Со мной все нормально работают, ко мне прислушиваются. И мнение Томы меня на данный момент не волнует. Если ей нравится дуться, то она может это делать, сколько ее душе угодно. Мне от этого ни жарко, ни холодно.