- Он же тебя растил, - я не хочу помогать отчиму, который раком болеет, и мне не стыдно за это

Своего биологического отца я не знаю. Я у мамы про него спрашивала, но она не ответила ничего конкретного. Бабушки, а также мамины подруги не знали тоже ничего. Или просто не говорили они. Я не могу точно сказать.

Когда мне было 6 лет, мама вышла замуж за Илью. Он нормально ко мне отнесся, даже наладил со мной отношения.

Но только комфортно мне было лишь пару лет после той маминой свадьбы. Потом появился на свет Аркаша, мой младший сводный брат.

Для отчима тогда я перестала существовать. Он не обижал меня, нет, но и не замечал. Мною особо никто не занимался, хоть мама сейчас отрицает это.

- Мы тебя на юг возили, - говорит она. – И Илья оплачивал твои путевки.

Да, на юг меня возили. Но там мне положено было только море. В кафе только Аркаше все заказывали. А мне покупали то, что было самым дешевым. И сувениры мне никакие не доставались.

В 17 лет я стала жить самостоятельно. Я тогда в университет поступила, начала подрабатывать и вместе с подругой снимать квартиру.

Мама и отчим не помогали мне ничем вообще. Я и не просила у них ничего. Я же понимала, что Илья мне в целом ничем не обязан.

Кстати, после переезда того в 17 лет я не видела отчима толком. Пару раз мы встречались на улице случайно. И в таких ситуациях мы ограничивались вежливым приветствием.

С мамой я пересекалась, но происходило это только на нейтральной территории, потому что в своей квартире отчим не хотел меня видеть. Это даже не скрывалось от меня.

Год назад Илья серьезно заболел. У него диагностировали онкологию. И мама тогда чуть с ума не сошла.

- Он хорошую работу потерял. Как мы теперь жить вообще будем?

Мама сама всегда зарабатывала крайне мало. Она и не стремилась построить карьеру, преимущественно домашними делами занималась.

- Нам помощь нужна, - говорила мама мне. – И где ее взять? Аркаша не может нам помогать, потому что он сам еле справляется.

У брата ситуация была на самом деле катастрофическая. В свое время Илья дал ему денег на первоначальный взнос по ипотеке. В то время работали и Аркаша, и его супруга Лида.

Но потом Лида ушла с первым ребенком в декретный отпуск, а потом и со вторым. И в последние годы деньги в дом приносил только Илья. Почти все его заработки уходили на ипотеку. На еду и коммуналку оставались крохи. Их едва хватало на самое простое и необходимое.

От безысходности мама продала их с отчимом машину. Часть денег ушла на лекарства, а остальное они просто проели. Не хотелось им понижать планку и отказываться от привычного образа жизни.

Не так давно мама позвонила мне. И она стала просить меня помочь им. И речь не о деньгах шла, а о практической помощи.

- Ты же удаленно работаешь, можешь свой день планировать. Ты бы повозила отчима на процедуры и обратно. Он не может сам ходить, он через силу все делает, находясь даже в квартире. У него совсем нет сил.

Я для приличия сказала маме, что мне нужно подумать, обещала ей перезвонить. Но уже тогда я приняла решение, касающееся той просьбы.

Я не хотела помогать отчиму. Не была я обязана Илье, не считала я, что он для меня сделал что-то важное в этой жизни.

Так я маме и сказала, предложила ей обратиться к Аркаше или еще к кому-нибудь, кому Илья помогал все эти годы.

- У тебя совсем нет сочувствия к человеку! Ты все считаешь, все выискиваешь свою выгоду! Нет, чтобы просто так протянуть руку помощи! Вот какую благодарность мы получили за то, что тебя воспитывали столько лет!

Не знаю, что там можно назвать воспитанием. На меня просто внимания не обращали все это время.

Только что меня не обижали мама и отчим. Только за это можно отблагодарить их. Но в целом так и должно быть, поэтому тут не на чем внимание заострять.

Недавно мне звонил Аркаша. Он пробовал попросить меня о помощи, но уже не для отчима, а для себя.

- у меня нет денег на ежемесячный платеж, - сказал брат. – Раньше папа мне помогал в таких ситуациях, а сейчас не к кому обратиться.

Сам брат мне плохого ничего не сделал. Я и перевела ему столько, сколько могла, сказала, что это в долг.

А вот отчиму я так и не надумала помогать даже в мелочах. Не могу я переступить через себя.