- Надо было учить самому, - сын пропустил новую тему из-за уборки территорию школы, а это не учли при выставлении оценок за самостоятельную

Мой Ярик никогда не выделял любимых предметов в школе и тех, которые ему совсем не нравятся. Он как-то ровно ко всем дисциплинам относился. В начальной школе сын хорошо учился, редко получал даже 4. Потом у него немного снизилась успеваемость, но это наблюдалось за большинством его одноклассников.

Сейчас Ярик в 9 классе. У него ОГЭ в конце учебного года, к которому нужно готовиться. И сын этим занимается. Не очень хорошо в последнее время у Ярика с математикой дела идут. У него нет 3 по ней. Но он с трудом усваивает новые темы, которые даже простыми считаются на фоне остальных.

- На следующем уроке будет новая тема, очень сложная, - сказала учительница в конце октября. – Прошу никого не пропускать этот урок без уважительных причин, потому что потом нагнать все будет трудно. И самостоятельная по этой теме у вас будет потом.

Ярик знал про эту сложную тему, он пришел на урок, когда она должна была разбираться. Но тогда Ирина Валерьевна поменяла планы, стала разбирать прошлую тему, потому что по домашнему заданию много вопросов возникло. Когда та сложная тема будет разбираться, учительница не сказала. И дети не уточнили у нее, решив, что это будет в ближайшее время.

Через день у ребят должна была быть математика. Но перед ней в класс пришли директор и трудовик, попросили нескольких мальчиков помочь с уборкой территории. Моего сына тоже позвали. Ярик – ребенок отзывчивый, поэтому не смог отказать. И он убирал вокруг школы дольше, чем длился один урок. Там даже половина еще одного была захвачена. Ирине Валерьевне сказали, где мальчики. Но она не обратила внимания на то, что части класса нет, стала объяснять ту самую тему, о которой говорила. И домашнее задание по ней она задала.

- Я ничего не понимаю, - сказал сын, когда сел за уроки.

Я попыталась вникнуть в ту тему, но не смогла этого сделать. У меня с точными науками вообще беда была. Ярик кое-как сделал домашку по математике, после чего отдыхать пошел. А на следующий день у них была самостоятельная по той самой теме. Учительница даже не спросила у ребят, которые отсутствовали на прошлом уроке, удалось ли им понять что-то в новом материале. Ярик и другие мальчики написали самостоятельную работу, но в ней они многое не поняли. Сын, когда домой пришел, сказал мне, что у него будет 2 в лучшем случае.

- А то и 1 оставят, - заявил он.

Получил Ярик тогда 2. И нам домой звонила после этого Оксана Абрамовна, классная руководительница сына. Она хотела со мной пообщаться.

- Ярик не понял тему, не разобрал ее, а еще учителя обвинил в том, что он ничего не знает, - сказала классная. – Вы вообще в курсе этого?

Я была в курсе происходящего в школе. Вины Ярика я не видела. Его и других ребят, которые тоже плохо написали ту работу, забрали директор и еще один учитель. А дети привыкли взрослых слушаться. Их к этому столько времени приучали. Какие теперь претензии к ним могут быть?

- Надо было учить самому, - скала классная.

Надо было учителям думать перед тем, как привлекать к уборке территории детей. Ярик тему разбирал сам, я видела это. Но только он не понял того, что написано в учебнике. А учитель в школе на то и нужен, чтобы объяснять то, что ученики не знают. Я бы еще поняла, если бы мой сын ленился или не слушал педагога на уроке. Но таких жалоб не поступало никогда и в этот раз не прозвучало.

- Вы бы с сыном поговорили, а не потакали ему, - сказала Оксана Абрамовна. – А то он так совсем скатится, будет одни 2 получать всегда. Я такое уже наблюдала в своей практике.

Я не стала ругать сына, а лишь попросила его поговорить с учительницей математики, чтобы она еще раз новую тему рассказала.

- Она это сделала, - сказал Ярик, - я все понял. Но ту 2 она в журнал поставила уже, исправить пока что нет возможности.

Мне важно, что Ярик понял тему. А остальное придет все. Исправит он потом оценку, перекроет другими. До конца этой четверти он картину успеваемости уже не изменит, но в следующей он вполне может улучшить свой балл. Надеюсь только, что математичка теперь не будет к нему придираться специально. А то Ирина Валерьевна может, как я поняла по рассказам своего ребенка.