Мы испортили коллеге туфли, потому что она цокала шпильками по полу и не хотела даже набойки поменять

Несколько месяцев назад наша компания сменила офис. Мы не придали значения переезду, потому что не в первый раз с ним столкнулись.

На новом месте мы не ожидали никаких сюрпризов. Новый офис показался нам уютным и аккуратным.
Но уже в первый рабочий день мы заметили один недостаток. На полу лежала плитка.
В том нашем офисе было ковровое покрытие. И поэтому можно было в любой обуви ходить. Шума это никакого не создавало.
По плитке же невозможно было ходить тихо. Любое цоканье каблуками вызывало неприятный и очень громкий звук.
У нас люди работают понятливые. За один день многие осознали, что нужно решать проблему. И почти все на завтра пришли в новой обуви, в которой была мягкая подошва.
Еще несколько человек переобулось в течение недели. Не поняла только Инна, что нужно другую обувь выбрать.

Эта молодая сотрудница продолжила носиться по всему офису в туфлях на шпильке. При этом она даже не пыталась как-то аккуратно ступать на плитку. Мне даже показалось, что Инна специально громко цокает своими каблуками.
Мы терпели это недели две, потом у меня и еще двух коллег нервы сдали. Не смогли мы привыкнуть к такому звуку.

- Инна, тебе надо обувь выбрать другую, - сказала я. – Ты же видишь, что все уже это сделали. Невозможно слушать, как ты своими каблуками бьешь по плитке.
- А что я могу сделать?
- Плоская подошва. Слышала о такой?
- Я не могу ходить без каблуков, потому что у меня ноги болят, если я на плоской подошве выбираю что-то.
- Ты хотя бы набойки поменяй, поставь другие, которые не будут таких звуков издавать.
- Я поменяю их тогда, когда в этом появится необходимость, - со злобой ответила Инна. – Чего вы ко мне лезете с советами? За собой смотрите и работой занимайтесь, а не прислушивайтесь к звукам.

Через полторы недели Инна пришла в тех же туфлях, но в новыми набойками. Как мы это поняли? А звук стал еще громче. Она решила поставить не полиуретановые, а металлические. Ума палата у человека.
Мы опять решили поговорить с Инной. Но она даже слушать нас не стала, сказала, что будет ходить в том, в чем ей удобно.

- А вам пора нервы подлечить, - посоветовала она нам.

Ладно, как хочет. Мы решили как-то приспособиться к происходящему, заняться вплотную работой и не отвлекаться. Все-таки разные источники шума нас окружают. Мы же как-то может не замечать их.
Но не так просто все оказалось в этом случае. Шпильки эти, а еще и с металлическими набойками выводили из себя всех, кто сидел с Инной в одном кабинете. В числе этих людей была и я.
Мы вновь и вновь разговаривали с коллегой, просили ее хотя бы какие-то накладки купить на шпильки, если ей так не хочется опять менять набойки или другую обувь надевать.

- Не ваше дело, - отвечала нам Инна. – Терпите. Мне в вас тоже не все нравится, но я не говорю об этом.

Мы пошли к начальнику, стали просить Игоря Дмитриевича как-то повлиять на Инну. Но он не отреагировал должным образом, а попросил не отвлекать его о мелочам.
Конечно, директор сам редко на работе появляется, все на замов перекладывает. Ему-то что с бытовых неудобств?

Через несколько месяцев ситуация достигла апогея. Мы  уже не могли терпеть, поэтому решили испортить Инне туфли. Она их как раз любезно оставила под своим рабочим столом.
Мы отломали каблуки, положили их рядом с самими туфлями. Было это в пятницу. А когда Инна в понедельник обнаружила это, она тут же подняла скандал.
Инна позвонила директору, стала рыдать ему в трубку, требовать, чтобы он с нами разобрался, лишил нас премии.
Деньги у нас забирать Игорь Дмитриевич не стал, но предупредил, что не потерпит таких «войн» у себя в компании.

- Я на вас в суд подам, - говорила нам Инна. – Будете компенсировать мне  ущерб. А туфли эти стоили не так мало. Поэтому вам придется раскошелиться.

Пока что коллега ходит в нормальной обуви. Но она сама заметила, что это временно, что скоро она купит себе другие туфли на шпильках.

- И металлические набойки на них тоже  будут стоять! – язвительно сказала Инна.

Я думаю, что и ту обувь такая же участь постигнет, если Инна ее купит. Не будем мы терпеть неудобства, которые легко устраняются.