Муж взял с нами на отдых свою подругу детства с ребенком, и очень скоро я узнала её тайну

Никогда не думала, что долгожданный отпуск обернётся для нас таким ударом. Муж всё решил без меня, а я даже не подозревала, к чему это приведёт. 

Игорь объявил о своём плане в субботу вечером, когда дети уже заснули. Мы собирались в Пицунду через пять дней. Билеты куплены, жильё забронировано – я предвкушала две недели тишины у моря. Внезапно муж сказал буднично: 
– Слушай, Таня с Глебом поедут с нами. Я снял им домик по соседству на те же даты. 

Я так опешила, что просто молча смотрела на него. 
– Таня – это та самая подруга твоего детства, которая ухаживала за твоим отцом? – наконец выдавила я. – Игорь, мы три года не отдыхали всей семьёй. Почему ты решил, что я обрадуюсь? 

Муж нахмурился. 
– Папа умер четыре месяца назад. Таня полгода сидела с ним, когда мы с тобой выходили на работу после рождения Костика. Ты же знаешь, у неё никого, кроме сына. Я хочу её отблагодарить. Глебу восемь, детям будет веселее втроём. 
– Благодари отдельной путёвкой, – отрезала я. – Я не обязана делить семейный отпуск с женщиной, которую с трудом переношу. 

Но Игорь уже всё оплатил и дал понять, что вопрос закрыт. Пришлось смириться. В конце концов, я ведь люблю мужа и уважаю память Ильи Петровича. Свекор занимался мебельным производством, был человеком властным, но справедливым. Его уход стал тяжёлым ударом для всей семьи. 

В Абхазию мы приехали большой компанией. Девятилетняя Варя и шестилетний Костик сразу подружились с Глебом – дети и правда радовались. А я не могла расслабиться. 

На третий день мы остались вдвоём на пляже, пока Игорь играл с детьми в воде. Я решилась на вопрос, который давно вертелся в голове: 
– Тань, а кто тебе отец Глеба? Ты никогда не рассказывала. 

Она сразу напряглась, поправила панаму и сухо ответила: 
– Его отец был хорошим человеком. 

Мне стало неловко, но любопытство только разгорелось. 

На пятый день всё пошло наперекосяк. Таня купила на рынке домашнюю чурчхелу, съела почти всю и к вечеру слегла с жутким отравлением. Местный врач сказал, что лучше оставить её в больнице под капельницей до утра. Игорь отвёз её, а я осталась в домике Тани ночевать с Глебом. 

Мальчик быстро уснул. Я лежала в темноте и не могла сомкнуть глаз. У меня сел телефон, а зарядки в сумке не оказалось. Решила поискать в вещах Тани хотя бы пауэрбанк. Тихо открыла тумбочку – внутри лежала прозрачная папка с документами. Честно говоря, я понимала, что это неправильно, но любопытство взяло верх. Раскрыла. 

Сверху лежало свидетельство о рождении Глеба. В графе «отец» значилось: «Кириллов Илья Петрович». У меня похолодели руки. Илья Петрович – мой свекор. Мать Глеба – Таня. Мальчик родился 8 лет назад, тогда свекровь ещё была жива и тяжело болела. 

Я разбудила мужа в три часа ночи. 
– Папа – отец Глеба? Этого не может быть, – прошептал Игорь. – Мама тогда угасала, а он… с Таней? Какая дикость. 

Утром муж поехал в больницу к Тане. Вернулся он через два часа. 

– Она подтвердила. Сказала, что они с отцом любили друг друга. Что папа хотел признать сына, но боялся огласки. Мать Глеба молчала, чтобы не разрушать нашу семью. Представляешь? – голос Игоря дрожал. – Глеб – мой брат. И он такой же наследник, как и я. 

Я попыталась успокоить мужа, предложила остаться до конца отпуска и обдумать всё спокойно. Но Игорь отказался наотрез. В тот же день мы собрали вещи и уехали, оставив Таню. Муж не хотел её видеть и запретил любое общение между детьми. 

Через два месяца состоялось вскрытие завещания и суды. Наследство Ильи Петровича – бизнес, недвижимость, счета – было разделено поровну между Игорем и несовершеннолетним Глебом. Так захотел отец, и оспорить это было нельзя. 

Сейчас прошло полгода. Игорь по-прежнему кипит от злости при одном упоминании Тани и отказывается признавать брата. Я же смотрю на ситуацию иначе: мальчик ни в чём не виноват. Но муж слышать ничего не хочет. 

Иногда я думаю – а правильно ли мы поступили, оборвав все связи? Имеем ли мы право наказывать ребёнка за ошибки взрослых? Время, наверное, лечит даже такие раны. Но простит ли Игорь отца и примет ли сводного брата – большой вопрос.