Моим внукам есть нечего, а дочь взяла кредит, чтобы волосы нарастить

Моя дочь, когда замуж вышла, не говорила ни мне, ни своему мужу Захару о том, что не хочет детей. Она была согласна рожать. Я много раз от нее это слышала.

- Можно не тянуть с этим, - сказал зять. – У нас же есть жилье, зарплаты у нас нормальные. Все условия есть.

У дочери была трехкомнатная квартира. Ей ее моя мама оставила. Она в нее переехала, когда начала работать, ремонт там сделала.

Дочь родила сначала сына Артура. А через полтора года она еще раз забеременела. Это было неожиданностью для нее.

- Я не думала, что у нас двое детей будет так сразу, - говорила Ксюша. – Но буду рожать. Что поделать уже?

Захар много работал, за любые подработки и халтуры хватался, чтобы больше принести в дом. И детям на все хватало денег, когда у них был только сын. Но с появлением маленькой Кристины стали возникать проблемы.

- О чем я думала, когда рожала? – стала причитать дочь. – Захар не умеет зарабатывать, отказывается мне давать деньги на мои хотелки, интересы детей ставит во главу угла. А про меня не нужно думать? Я не хочу ничего?

Оно нормально, что в первую очередь все маленьким детям покупается. Потом уже родители себе могут что-то позволить. Со временем, может, приоритеты какие-то поменяются, но пока декрет идет, по-другому не может быть.

Я объясняла это дочери. Захар тоже просил Ксюшу как-то умерить аппетиты, вспомнить о потребностях детей.

- Я только о них и думаю в последнее время, - сказала дочь. – Я про себя забыла, перестала себе нравиться. Посмотри, в кого я превратилась, пока дома сидела? Я не хочу стать похожей на клуш, которые по соседству с нами живут и по детским площадкам коляски возят. У меня другие в жизни интересы.

На тот момент Кристине было чуть больше года. Дочери никак нельзя было оставить ее и выйти на работу. И она это понимала.

- Я до полутора лет досижу, а потом в ясли ее отдам, - сказала мне Ксюша. – С Захаром буду разводиться, потому что он меня ни во что не ставит.

Я думала, что дочь просто не в духе, устала, поэтому так и говорит. Но Ксюша на самом деле через полгода подала на развод и на алименты, а также выставила своего мужа за дверь с вещами.

- Буду работать, алименты получать и распоряжаться деньгами так, как мне угодно, - сказала дочь.

С тех пор Ксюша только сама решения все принимала. Внучка моя пошла в ясли. Мне на это больно было смотреть, но я не могла ничего сказать, потому что дочь любые мои причитания пресекала.

Через несколько месяцев такой свободной и одинокой жизни Ксюша стала говорить, что денег мало. Я не понимала, почему. Она ведь хорошо зарабатывала.

- Она же по косметологам бегает, на массаж, тренировки, - рассказала мне подруга дочери. – Все не может себя новую принять.

Ксюша поправилась после вторых родов. Я не вижу в этом страха, но для нее это катастрофой стало.

Я пробовала поговорить с дочкой, напомнила ей, что она на детей в первую очередь должна тратиться. Также я говорила ей, что не в идеальном теле счастье, что многие худые живут и рыдают по вечерам в подушку каждый день. Не приносит эта красота ничего сама по себе.

- Я на них трачу те алименты, что получаю. А свои деньги я могу тратить на себя.

Ксюша продолжали так нерационально распоряжаться бюджетом. А потом она вообще кредит решила взять. И у меня челюсть отвисла, когда я узнала, на что он ей нужен.

- У меня волосы отвратительные стали, - сказала мне дочь. – Я и нарастила их. Денег на руках у меня не было, поэтому пришлось кредит взять. Но я отдам его за пару месяцев. Ужмемся немного в тратах.

Мои внуки в те 3 месяца не получили ни одной игрушки. Мне кажется, что дочь и кормила их хуже, чем обычно. Захар к детям не приходит. Если бы он увидел все это, он бы точно на дыбы встал.

Ксюша опять что-то задумала, как мне кажется. Она стала посещать не только тренировки, но и психолога.

Я много историй слышала об этих специалистах. Ничего хорошего после общения с ними у людей в жизни не бывает.

Мне уже по-настоящему страшно за своих внуков, за их будущее. Скоро Ксюша вообще на себе только зациклится и не будет вспоминать про детей. Мне одной, что ли, тащить их на себе?