- Мне сын важнее, - жена подала на развод, потому что ее ребенок против, чтобы мы общего малыша родили

Я никогда не был против брака с женщиной, у которой есть ребенок. Меня самого вырастил отчим. Я тоже готов был всегда взять ответственность за ребенка своей любимой женщины.

С Валей я познакомился 2 года назад. Мы стали встречаться. И на третьем свидании она мне сказала, что у нее есть сын.

- Ты, наверное, не захочешь из-за этого со мной иметь дел, - сказала Валя.

Но для меня ребенок не был помехой. Я так Вале и сказал. Она тут же расплылась в улыбке, предложила мне как-нибудь познакомиться с ее Женей. Я не был против.

Когда мы оба поняли, что отношения серьезные, Валя привела на одну из наших встреч Женю. На тот момент ему было 12 лет. Непростой возраст такой был. Мальчик становился подростком, был довольно колючим, не хотел особо никого к себе подпускать.

Со мной Ваня держался отстраненно, но я не торопил события. Я решил, что мальчику нужно дать привыкнуть ко мне.

Вале я сделал предложение, она согласилась стать моей женой. Мы и начали готовиться к свадьбе.

В то время Женя вел себя ужасно. Он всем видом показывал, что ему не нравится происходящее. Но я не сдавался, не ругался с пацаном, не наказывал его за его выходки.

Я познакомил родителей с Валей и Женей. Мои близкие хорошо отнеслись к моей невесте и ее ребенку. Когда пацан это понял, он немного успокоился. Но все равно наши отношения не стали идеальными.

После свадьбы мы с Валей отправились в путешествие. В это время Женя жил у родителей жены. И мне казалось, что тесть и теща как-то смогут повлиять на ребенка, объяснить ему, что мама его все равно любит, хоть и замуж вышла.

Только после нашего приезда ситуация глобально не изменилась. Женя ни во что меня не ставил. Все мои слова и просьбы он игнорировал ровно до тех пор, пока то же самое не услышит от Вали. Только после этого он что-то начинал делать.

- Ты бы с ним поговорила, - попросил я жену, - попросила его хоть немного меня слушаться.

Валя поговорила с Женей, но толку не было от этого. Пасынок так и продолжал меня игнорировать. Сам я ничего с этим не смог сделать.

Через несколько месяцев у Вали была задержка. Мы думали, что она забеременела, намекнули Жене, что у него появится младший брат или сестра.

После этого пасынок будто с цепи сорвался. Женя стал откровенно хамить, никакие мои слова вообще во внимание не принимал.

Беременность жены не подтвердилась. Когда это стало известно пасынку, он тут же повеселел, вернулся в свое прежнее состояние. Жить после этого стало легче.

В то время я понял, что хочу стать отцом своего кровного ребенка. Я об этом сказал Вале. Но вот только она не разделила моего желания.

- Мне сын важнее, - сказала Валя. – Женя так бурно отреагировал на то, что у него может появиться брат или сестра, что я не знаю даже, стоит ли нам сейчас пытаться зачать. Через несколько лет Женя вырастет. Тогда уже можно будет поговорить о своем ребенке.

Но через несколько лет Вале будет уже 40. Какой ребенок в этом возрасте? Нет, я понимаю, что сейчас модно рожать и в 40. Но не хочется мне выглядеть старичком на фоне остальных пап.

Об этом я пробовал говорить Вале, но она не прониклась. Жена продолжила стоять на своем, говорить о том, что не перешагнет через сына.

- Может, разведемся тогда? – в сердцах спросил я. – Тебе же Женя дороже всего. Мои интересы и желания ты ни во что не ставишь!

- Давай, - неожиданно согласилась жена. – У нас нет никаких преград для этого. Мы совместного имущества даже не нажили за такой короткий срок.

Это было сюрпризом. Я просто так это сказал. А тут Валя легко согласилась на такой серьезный шаг. Я и понял, что она приняла некоторое время назад сама такое решение, но не говорила мне об этом. Может, она ждала подходящего момента.

Недавно мы подали заявление на развод. У меня сердце сжималось. А вот Валя была спокойна. Женя же вообще счастлив был. Мне противно даже смотреть было на его улыбку.

Теперь я точно буду искать девушку без детей. Не хочу я пережить нечто подобное еще раз. Не так легко, оказывается, ладить с чужим ребенком, которого мама еще и выше всего на свете ставит, напрочь забывая о здравом смысле.