– Мне нужен такой, как мой папа, – развелась в третий раз, но продолжаю поиск достойного мужчины

С малых лет я не испытывала недостатка в поклонниках. К восемнадцати уже грезила о белом платье и звоне бокалов. Но отец был непреклонен: ни одной свадьбы до моего диплома. Когда же университет остался позади, он вручил мне ключи от уютной студии — мой личный неприкосновенный уголок.

Своих избранников я никогда не звала жить ко мне. Сразу поясняла свою позицию: я из тех, кто верит, что жена приходит в дом супруга. Пусть даже это арендованное жилье — не суть важно. Семью я готова создавать только на его территории. Это правило не подлежало обсуждению.

Первым моим мужем стал Андрей. Мы познакомились в институте. Он приехал из небольшого городка, был амбициозен и самостоятелен. Учился на бюджете, с третьего курта начал подрабатывать. К окончанию учебы у него была уже своя машина, и он откладывал на квартиру, но на меня средств никогда не жалел.

Сразу после моей защиты он сделал предложение. Мы прожили вместе чуть больше года. Внешне всё выглядело прекрасно: я не плакалась подругам, родителям жаловаться тоже не приходило в голову. А потом я поехала навестить тётю в соседний город. Андрей остался — не смог отпроситься с работы.

Возвращалась я затемно, поезд пришел в пять утра. Тётя надавала мне банок с маринованными помидорами, яблочным повидлом и целую корзину пирожков. Отказаться было неудобно. Я сообщила Андрюхе номер вагона. Он перезвонил почти сразу.

– Солнышко, может, возьмёшь машину? У меня завтра серьёзные переговоры, нужно выспаться. Сама справишься?

– Хорошо, справлюсь, – ответила я.

Приехав, я села в такси. Но поехала не домой, а к родителям. А на следующий день объявила о решении развестись.

Андрей был ошеломлён. Мама пыталась меня образумить – кто рушит брак из-за такой ерунды? Ведь я сама согласилась. Но я просто не понимала её аргументов. Мужу тяжело встать, чтобы помочь жене? Пусть отдыхает. Мне же с ним больше говорить было не о чем.

Через несколько месяцев у меня появился новый кавалер – Владимир. На двенадцать лет старше, с приятной внешностью, стабильным доходом и собственной трёхкомнатной квартирой. Он мечтал о детях, поэтому долго не тянул. В двадцать пять я снова надела обручальное кольцо и, разумеется, переехала к нему.

Жизнь текла спокойно. Правда, Владимир не любил моих друзей и шумные сборища, предпочитал тишину. Мы договорились, что я буду встречаться с подругами одна. Он иногда ворчал по поводу беспорядка, и однажды мы серьёзно поссорились из-за горы грязной посуды, оставленной с вечера.

Разговор перешёл на другие претензии, копившиеся втихомолку. В запале он крикнул:

– Если тебе здесь так плохо, собирай чемоданы! Убирайся из моего жилья!

– Как скажешь, – равнодушно сказала я, уложила вещи в чемодан и вызвала такси.

Он забеспокоился лишь к ночи, начал звонить. А я уже была у родителей.

– Ты сам сказал убираться. Значит, нам не по пути.

– Да все говорят что попало, когда ругаются! – не верил он.

– Следи за словами в следующий раз.

Мы развелись.

Третий раз я вышла замуж в двадцать восемь. Мой будущий муж, Денис, был ревнив. Мне нельзя было никуда выходить без него. И когда я сообщила, что иду на праздничный ужин с коллегами – у нас такая традиция, он выпалил:

– Ступай. Но после этого можешь не появляться!

Думаю, вы догадались. Я пошла на корпоратив. А потом отправилась в свою студию. Встретила Новый год в одиночестве. Первого января приехала к родителям и объявила, что снова буду разводиться.

Мама не выдержала и заплакала.

– Майя, да так ты никогда ни с кем не уживёшься! Людей без недостатков не существует, ты должна это осознавать.

– А мне и не нужен совершенный человек. Мне нужен просто хороший. Как наш папа. Скажи, он мог бы не встретить тебя? Стал бы кричать из-за невымытой тарелки? Запретил бы встречаться с подругами? Хотя бы раз бросался словами о разводе? Упрекал ли тебя чем-нибудь? Бывало такое?

– Нет, – тихо ответила мама, вытирая глаза. – Он никогда даже голос не повышал.

– Вот и я задаю себе один вопрос в трудную минуту: а папа так мог бы поступить? И сама отвечаю – нет, даже в кошмаре такого не приснится. А тратить жизнь на тех, кого надо переделывать и кто не умеет любить по-настоящему, я не намерена. У меня есть самоуважение.