Коллега сначала доставала жалобами на свекровь, а теперь еще и еду клянчит

Карина работает у нас уже 5 лет. За это время можно было бы привыкнуть к ней, к ее особенностям. Но только не получается у меня мириться с тем, как она себя ведет. Другие коллеги тоже уже не выносят эту девушку.

Когда Карина только пришла к нам, она не произвела приятного впечатления. Все ей было не так, все время ей что-то мешало. В работе она не показала себя первоклассным специалистом. Она все делала средне, к решению многих вопросов подходила поверхностно. Испытательный срок она каким-то чудом прошла. В то время у  нее не было серьезных косяков и ошибок в работе. Но потом коллега заметно расслабилась, стала работать спустя рукава. И в скором времени она оказалась под угрозой увольнения. Но как-то она тогда смогла выкрутиться. Потом еще несколько таких ситуаций было. И из них Карина выходила, поэтому до сих пор остается нашей коллегой. Но слабая работа Карины – это еще половина беды. Хуже всего то, что она очень любит жаловаться. И этой своей привычкой она достала меня буквально через несколько месяцев работы у нас в отделе.

За год до трудоустройства в нашу компанию Карина вышла замуж. И жить они с мужем стали у ее свекрови, потому что своей квартиры у них не было.

- Мирослава Кирилловна достала меня уже! – любила говорить коллега. – Я утром встаю, а она поет. Вечером, когда я с работы прихожу, она тоже поет. И в выходные, когда она домашними делами занимается, она тоже горланит свои любимые песни! Певица доморощенная!

Карина рассказывала, как она все время сидит дома в наушниках, смотрит сериалы, чтобы не слышать всего этого ужаса. Однажды она на диктофон записала пение своей свекрови. Да, там голоса нет, слуха тоже. Такое пение, если оно постоянное, может раздражать. Но зачем об этом каждый день на работе рассказывать? Плюсов проживания со свекровью Карина в упор не замечала. А они были очевидны для нас всех. Коллега приходила на работу с контейнерами с едой. И там обеды были вкуснейшие! Слюни текли у всех тогда. Сама Карина готовить не умела и не умеет, как она признается. И учиться этому она не горела желанием. Сосредоточена она была на другом.

- Быстрей бы в свою квартиру переехать, - говорила она. – Там пения Мирославы Кирилловны не будет.

Год назад коллега переехала. И она была счастлива в первое время. Никто же не развлекал ее принудительно целыми днями. Но потом Карина обнаружила новую проблему. Ей никто обеды с собой не готовил. А сама она не собиралась к плите становиться. Карина выход нашла. Она стала обеда в кафе, которое около нашего офиса находится. Но только там дорого было, денег на еду стало много уходить. Сначала коллега на это жаловалась, говорила, что ей не хватает зарплаты. А потом она выход из положения нашла еще более оригинальный.

- У кого сегодня с собой еда есть? – спрашивала Карина, когда обеденный перерыв начинался.

И кто-то то и дело давал ей свою еду, правда, в небольшом количестве. Карина знала, что у меня всегда есть что-то перекусить. И именно ко мне она стала приходить, когда проголодается.

- Ты же покормишь меня? – жалобно смотрела на меня коллега.

И я давала еду Карине до недавних пор. А перестала я это делать, потому что мне надоело взрослого человека за свой счет кормить. Когда я отказала Карине и предложила ей есть у меня, но только в случае, если она будет платить, коллега обиделась.

- Мы же в одном коллективе работаем, - сказала Карина. – Как ты можешь так ко мне относиться? Зачем ты ссоришься с теми, от кого твоя карьера в какой-то степени зависит?

И как моя карьера от Карины зависит? Никак. Она работает за себя, я – за себя. Почему я должна переживать о ее благополучии?

- Ты бы сама готовить научилась, - сказала как-то Оля, наша менеджер, Карине. – Тогда бы не пришлось у всех клянчить еду.

Но это же нужно напрягаться. А Карине не хочется этого делать. Так помирилась бы тогда со своей свекровью. Та бы готовила ей обеды. Но и тут гордость коллеге не позволяет пойти на такой шаг. Ей проще жаловаться и привлекать к себе внимание. Но только я с трудом терплю уже эти разговоры Карины. Хоть бы ее уволили уже. Всем бы легче стало.