- Хватит его жалеть, - муж выгнал из дома нашего сына-студента

У нас с Егором только один ребенок есть – наш сын Вова. Мы еще одного планировали, но как-то не сложилось.
 
- Значит, будет только один, - сказал муж. – Все нормально. Не вини себя.
 
Мы нормально жили, квартиру купили, выплатили ипотеку за нее. Я также для себя отмечала, что муж занимается ребенком, что он не сваливает все заботы о Вове на меня.
 
Когда сын пошел в садик, муж с ним занимался чем-то развивающим, в мяч играл. Чуть позже Егор и каким-то мужским штучкам обучал нашего мальчика.
 

Когда Вова в школу пошел, муж с ним уроки делал, объяснял ему все, что было не понятно. Я была счастлива, что между отцом и сыном такие отношения.
 
- Ты не вздумай лезть в это – говорила мне свекровь. – Пусть Егор прививает сыну правильные установки и привычки.
 
Порой, признаюсь, мне хотелось остановить мужа. Я видела, как он давит на сына, как он требует с него много.
 
Но в то же время я понимала, что все это пойдет Вове на пользу. И поэтому я не вмешивалась в воспитательный процесс, когда меня муж об этом не просил.
 
В старших классах начались проблемы. Вова к тому времени стал более самостоятельным, начал все сам делать, к отцу за помощью редко приходил, потому что не нуждался в ней.
 
После окончания 9 класса сын изъявил желание пойти работать во время летних каникул. И тогда мы с Егором не стали возражать, разрешили сыну проявить так себя.
 

Все то лето Вова работал. Полученные деньги он отложил в копилку. И следующие летние каникулы он провел за подработками.
 
В 11 классе Вова занимался преимущественно учебой. У него на носу было поступление в университет, поэтому он много времени проводил за учебниками.
 
Мы радовались, что у нас такой сын, что он ответственно относиться к учебе, что он такой сознательный. И мы искренне верили, что в институте у Вовы не будет никаких проблем.
 
Поступил сын без проблем на бюджет. И в первом семестре он заметно расслабился. Но такое часто бывает, когда вчерашние школьники вкушают свободу.
 
Но все-таки первую сессию Вова сдал. И после нее он немного за ум взялся. И во втором семестре с зачетами и экзаменами особых проблем не было.
 
Вова после первого курса понял, что в университете задержится, если будет делать хотя бы что-то. И он на втором курсе стал лишь немного напрягаться, чтобы минимально знать предметы.
 
Егору это не нравилось. Он хотел, чтобы сын ответственно подходил ко всему. И муж стал давить на нашего сына, требовать от него нормальной успеваемости.
 
- Я сам могу уже решать, потому что я взрослым стал, - отвечал Вова.
 
Так и прошел второй курс. А потом сын стал встречаться с какой-то девушкой. И чтобы за ней ухаживать, Вове нужны были деньги.
 

Для этого он решил устроиться на работу. И пошел он туда, куда его взяли, не по своему профилю. Егору это опять не понравилось.
 
- Толку нет от такой работы! Она будет только отвлекать от учебы!
 
Почему муж так волновался за учебу? А потому что сын сказал, когда устроился работать, что он будет переводиться на заочное отделение.
 
- Образование никаким будет, - твердил Егор.
 
Но Вова сделал по-своему. Также он продолжил работать, когда учебный год начался. И успеваемость его упала. Сессия это показала четко.
 
Муж злился. Он требовал, чтобы Вова ушел с работы, чтобы вернулся на дневное. Но сын и слушать не хотел про это ничего.
 
В один вечер сын заявил, что ему не нравится, как у него все складывается, что он хочет привести свою жизнь в порядок.
 
- Я буду работать там, где мне нравится. И не нужно мне это образование. Это вы настояли на ВУЗе.
 
Закончился тот разговор тем, что Егор выгнал Вову, сказал, что бездельнику в нашем доме нет места.
 
Я переживала, когда сын собрал вещи и ушел. Все-таки можно было как-то договориться с ним, найти компромисс.
 
- Хватит его жалеть, - сказал муж. – Если он наши старания не ценит, если не хочет учиться, то не надою. Пусть теперь на себя рассчитывает. Он решил пойти по простому пути. Не понимает, что он так в яму заберется.
 
С Вовой сейчас только я общаюсь. Он работает, с девушкой живет. Про отца он и слышать не хочет ничего. Егор тоже не говорит теперь ничего про сына.
 
Не думала я, что так наша семья развалится. Я и понимаю мужа, и обижаюсь на него. Не представляю, как помирить своих мужчин теперь.