Хотела устроить подруге личную жизнь, а она чуть не разрушила мой брак

Мне стало невыносимо одиноко. Максим снова улетел по делам, мама с папой отправились в санаторий, а подруги будто растворились. С полуторагодовалым Семёном о прежней жизни пришлось забыть. В бары или на концерты с коляской не пойдёшь. Мои девчонки сейчас только об этом и говорили, а я выпала из обоймы.

Единственный свет в окошке – моя подруга Юля. С ней можно было всё: валяться на диване с сериалом, болтать часами на скамейке или дурачиться на горках, будто нам самим по пять лет. Но она укатила помогать тётке с ремонтом за триста километров и пропала. Когда вернётся – загадка.

Я жаждала просто человеческих слов. Хоть с кем-то пообщаться! Пожаловалась Максиму по видеосвязи. Он мгновенно нашёл выход.

– Позвоню брату. Ему тоже, думаю, нелегко.

Наутро в дверь позвонил высокий парень с карими глазами, держащий за руку пухлую малышку в бантиках. Это был Кирилл, двоюродный брат моего мужа. Его жена умерла, и он один растил дочку. Мы сразу нашли общий язык, разговор пошёл сам собой, будто знали друг друга сто лет. Дети, кстати, тоже подружились, копошась с игрушками в углу.

Кирилл оказался умельцем. За полдня он починил дверцу шкафа, собрал разболтавшийся стул и даже отремонтировал мой старый фен, который я уже собралась выбросить. Максим в таких вещах был беспомощен, предпочитая тут же звать мастера. Я смотрела на руки Кирилла, ловко орудующие отвёрткой, и чувствовала глупую, щемящую благодарность. Я сразу подумала о подруге.

– Знаешь, он замечательный! – тараторила я Юле, когда та наконец ответила на сообщение. – Тебе обязательно нужно его увидеть. Когда ты вернешься?

– Завтра вечером буду.

– Идеально! Приходи в воскресенье на чай.

Я и правда хотела их познакомить. Кирилл был редкой находкой: добрый, ответственный, с тёплым юмором. А Юля… Юля заслуживала такого. Я так часто рассказывала ему о ней, что он уже шутил, будто чувствует, что знает её лично

Он отнёсся к идее спокойно, даже с надеждой.

– Аленке нужна женщина рядом. Не каждая на такое согласится.

– Юля обожает детей, – уверенно сказала я. – Думаю, вы поладите.

Встреча вышла холодной. Юля пришла нарядная, но вся какая-то деревянная. Отвечала односложно, смотрела куда-то мимо. Сидела ровно сорок минут, а потом вскочила, сославшись на внезапную головную боль.

Дверь захлопнулась. Кирилл вздохнул, поднимая с пола погремушку Аленки.

– По-моему, твоя подруга всё поняла неправильно.

– Что? – я не сразу врубилась.

– Она решила, что между нами что-то есть.

– Не может быть! – воскликнула я, такое и в голову не приходило. Внезапно я сама увидела эту картину со стороны: я, чужой мужчина, смех на кухне, общие хлопоты… – Юля бы прямо спросила!

– Возможно. Но я позвоню Максу. На всякий случай. Чтобы не было глупых вопросов.

Он оказался прав. Через час мне позвонил муж.

– Катя, только что звонила Юля. Рассказала интересные вещи. Что у вас там происходит?

Я остолбенела. В ушах зазвенело. Объяснила все, как есть.

Позже я набрала Юлю.

– Зачем ты это сделала? Я же тебя с ним познакомить хотела! Свести вас!

– Не надо мне сказок, Кать. Я всё видела. Уютненько вы устроились.

– Он же брат моего мужа! Как ты могла такое подумать?!

– Именно потому и подумала, – бросила она и отключилась.

Я опустилась на стул. Кирилл, уже собравшийся уходить, подошел. Алена мирно спала на его плече.

– Разберётесь. Максу я всё объяснил. Он не дурак.

Я кивнула. В голове крутилась одна мысль: как легко рушится всё.

Когда Максим вернулся, обнял меня крепко. Он знал брата как облупленного – тот никогда не врал и не приукрашивал. И главное, Максим знал меня, потому не сомневался.

– Зависть – странная штука. – Сказал муж. – У неё сейчас жизнь на перепутье, а у нас – дом, сын, ты вот даже для неё семью собиралась строить. Со стороны наше «скучное» счастье может казаться обидным.

Я поняла, что он прав. Не стала звонить, писать, выяснять. Что можно выяснить? Она не хотела слышать правду, ей была нужна драма, в которой я – коварная предательница. Я просто перестала общаться.