Хочешь – в джинсах распишемся: друг предложил мне на пробу выйти замуж за него

– Дима, ты чего? – я поставила минералку.

Он сидел напротив, но смотрел куда-то в сторону. Мы дружили с первого курса, через него я и с Игорем познакомилась. С Игорем мы развелись, а Дима остался.

– Ань, выходи за меня.

Я поперхнулась. Вчера мы просто поминали мою дурацкую привычку влюбляться не в тех. Три раза замужем – и всё мимо. С первым разбежались, потому что ему вечно было мало денег, хотя сам палец о палец не ударил. Со вторым – потому что он оказался маминым сынком. Третий просто исчез в один день, оставив записку «прости».

– Дима, ты с ума сошёл? У тебя же свой бизнес, ты вон какой успешный. А я... я же приношу неудачу. Со мной все прогорают, а как уходят – сразу удача прёт.

Дима хмыкнул, посмотрел мне в глаза.

– Ты дура, Аня. Я не боюсь прогореть.

– Но зачем?

– Затем, что надоело смотреть, как ты мучаешься. Мы полжизни знакомы. Я всё про тебя знаю. И про то, что ты утром кофе пьёшь молча, и про то, что боишься грозы. Дай мне шанс.

Я растерялась. Он серьёзно? Дима, который всегда был просто Димой, другом, жилеткой для слёз...

В голове закрутились обрывки вчерашнего вечера. Мы пили вино, я в сотый раз перебирала свои ошибки, а он слушал и подливал. Потом, кажется, я уснула у него на плече. И вот теперь это.

– А если не получится? – спросила я. – Мы же поссоримся, разругаемся, и ты исчезнешь из моей жизни. Я этого не переживу.

Он вдруг улыбнулся.

– Не исчезну. Куда я от тебя денусь? Давай просто попробуем жить вместе. По-настоящему. Если поймём, что не наше – разойдёмся. Но хотя бы попробуем.

Я смотрела на него и вдруг поняла, что он красивый. И родной. И правда знает меня лучше всех. Вспомнила, как он таскал мне лекарства, когда я болела, как слушал мои бесконечные жалобы на бывших. Ни разу не сказал «я же говорил». Просто был рядом. И сейчас сидит, ждёт ответа, а у самого руки чуть заметно дрожат на коленях. Я никогда не видела, чтобы у Димы дрожали руки.

– А платье надо покупать? – ляпнула я первое, что пришло в голову.

Дима рассмеялся:

– Хочешь – купим. Хочешь – в джинсах распишемся. Мне без разницы. Главное – чтобы ты согласилась.

Я молчала целую минуту. Потом кивнула:

– Давай попробуем.

Через месяц мы расписались в обычных джинсах – я так захотела. Ещё через год я поняла, что хочу возвращаться домой. А вчера Дима сказал, глядя, как я укачиваю нашу дочку в коляске:

– Ну что, убедилась? Никто не прогорел. Наоборот – разбогател.

Я засмеялась. Наверное, он прав. Просто раньше я выбирала не тех. А теперь мой дом там, где Дима.