- Держи своего психа дома! - сказала соседка, когда ее сын избил моего

Я переехала в свою двушку 10 лет назад. Я тогда с мужем развелась, одна с сыном осталась. И мне было немного страшновато за свое будущее. Я не представляла, как буду справляться.

Тогда же я познакомилась с Мариной. Она жила в том же подъезде, но этажом выше. Она тоже одна растила сына, который был ровесником моего Вадика. Мальчикам было тогда по 4 годика.

- Как здорово, что мы нашли друг друга, - сказала тогда Марина. – Будем помогать друг другу? А то бывает же, что не с кем ребенка оставить.

Мы и стали с Мариной общаться. Мы друг друга выручали не только сидением с детьми. Мы могли еще и деньгами друг друга выручить, если до зарплаты не хватало. И житейскими какими-то советами мы обменивались.

Все было нормально на протяжении  нескольких лет. Потом Марина нашла себе мужчину стала с ним время проводить. И на общение со мной ее не хватало. Я не обижалась. Может же быть у человека какая-то личная жизнь! я лишь желала счастья Марине с новым возлюбленным. Насторожило меня то, что мой сын как-то отдалился от Ромы, ребенка Марины. Я у Вадика спрашивала, почему так. И он как-то размыто отвечал.

- Мне не интересно с ним, мама.

Такое бывает. Дети меняются с годами, интересы у них и взгляды другими становятся. И компания при этом может другая понравиться. Мне важно было, чтобы Вадик не связался с какими-нибудь плохими парнями. А поскольку этого я не замечала за ним, я жила спокойно.

В один вечер все перевернулось только. Тогда Вадик пришел домой с разбитыми очками и со ссадиной на половину лица.

- Что произошло? – с ужасом спросила я.

Сын и рассказал мне, что его и его приятеля избил Рома! Я не могла поверить в это. Ведь таким хорошим и адекватным этот Рома мне казался. Я не стала сразу же звонить в полицию, а решила сначала переговорить с Мариной. Случившееся, конечно, ужасным было, но все же по-человечески можно было решить все.

- Ты за очки не хочешь заплатить нам? – спросила я у Марины. – Все-таки вещь не из дешевых. А у меня лишних денег не водится. - Почему это я должна платить? – удивилась соседка. - Держи своего психа дома! Тогда не будет таких неприятностей.

После этого Марина положила трубку. А я уже была полна решительности действовать официально. Я позвонила маме второго мальчика, который пострадал, предложила ей снять побои и написать заявление. Она и согласилась. Марину и ее сына вызывали на беседу, на учет поставили. Потом у них еще какие-то неприятности были. За сломанные очки Марине пришлось мне заплатить. Это ее разозлило, но деваться было некуда. А чтобы отомстить, она соседям про меня гадости стала говорить.

- Не верим мы ей, - стали все поддерживать меня. – За собой пусть смотрит. Совсем уже про сына забыла, только за своего кавалера нового держится.

Одна из соседок мне и рассказала, что у Марины дома неприятности. Ее новый ухажер не очень хорошо относиться к ее сыну.

- Бьет он мальчишку, обижает, - говорила та соседка. – Чего удивляться, что пацан озлобился? Конечно, он бить всех будет, кого только сможет. А куда ему злость девать свою?

Мне жалко даже стало Рому. Но я не спешила идти к Марине на разговор. Чего я буду не в свои дела лезть? А через какое-то время нашлись еще пострадавшие среди детей из нашего дома. Оказалось, что и других ребят бил Рома, но только там никаких вещей не было сломано, да и синяки были несущественные. Поэтому родители этих ребят не поднимали бучу.

Недавно Марина сама ко мне пришла. И она была в ярости. Она стала наезжать на меня за то, что я испортила ей жизнь.

- У детей всякое бывает, они иногда дерутся. Чего ты пошла в полицию? У меня теперь на долгие годы проблем будет. А по твоему примеру еще на моего сожителя кто-то настучал. И его теперь таскают везде! Хоть переезжай теперь из этого дома! Все же косо смотрят на нас, хоть страшного ничего не произошло.

Я и слова не смогла вставить. Только Марина орала. А когда она свой монолог закончила, она вообще ушла. Я не понимаю, как может Марина позволять сожителю так обращаться с ее ребенком. Разочаровалась я в ней сильно, короче говоря. И хорошо, что мы теперь не общаемся. Я пока что не склонна таких радикальных решений принимать, но может и этим закончиться все. Меня останавливает только сын, который к бабушке все же тянется. Но если и в общении с ним у Валерии Францевны проблемы будут, то придется, видимо, действовать так, как Петя говорит.