– А почему вы не звонили и не требовали? – удивилась невестка, когда я перестала к ним ездить и предлагать свою помощь

Я всегда знала, что Виталина – женщина основательная. Свое мнение она держит при себе, но взгляд у нее такой, что всё и так понятно. В нашем доме она появилась, когда Андрей закончил аспирантуру.

Раньше, когда муж был жив, мы жили своей жизнью. А после его ухода я осталась одна в трешке. Андрей забеспокоился, начал приезжать часто, а потом и вовсе заявил:

– Мам, переезжай к нам. Места много, а одной тебе тяжело.

Я отказалась. Не потому, что гордая, просто интуиция подсказывала: не стоит. Но каждое воскресенье ездила к ним. Не чтобы контролировать, а чтобы видеть сына.

Виталина встречала меня вежливо, но холодно. Как доктора в поликлинике: «Здравствуйте, проходите». Однажды я привезла варенье из крыжовника, которое Андрей в детстве обожал. Она посмотрела на банки и сказала:

– Анна Петровна, мы за фигурой следим. Лучше бы вы что-то полезное приносили.

Андрей тогда промолчал, только вздохнул. А я решила, что буду приезжать реже.

Копила я на новые окна. Пенсия маленькая, но я привыкла себя ограничивать. Когда у Виталины был день рождения, я долго думала, чем порадовать. Подруга посоветовала:

– Купи сертификат в магазин косметики, который она любит.

Я так и сделала. Положила в красивый конверт сертификат, купила букет астр – они самые стойкие, как я рассудила. Пришла к ним. За столом было шумно, собрались ее коллеги. Виталина открыла конверт, мельком глянула и сунула в ящик комода.

– Спасибо, – сказала она, даже не улыбнувшись. – Только я на прошлой неделе там всё закупила.

Я сидела, чувствуя неловкость. Кто-то из гостей спросил меня про огород, я обрадовалась возможности поговорить. А потом Виталина вышла на кухню и громко сказала подруге, видимо, не рассчитав, что я услышу:

– Представляешь, сертификат на две тысячи. Это даже оскорбительно. Лучше бы вообще не дарила.

Я допила чай и стала собираться. Андрей удивился, просил остаться, но я сказала, что голова разболелась.

Дома я расплакалась. С тех пор перестала ездить по воскресеньям. Андрей звонил, спрашивал, что случилось. Я говорила, что занята: то ремонт, то самочувствие.

Потом они сообщили, что ждут ребенка. Я обрадовалась, начала готовиться, искать коляску. Но Андрей сказал, что коляску они уже купили сами, дорогую. А Виталина добавила, что гигиена важнее, чем ручная вязка.

Родился Коля. Я пришла в роддом, но меня даже к стеклу не подпустили. Сказали, что режим. Сын присылал фото, я разглядывала, чтобы увидеть, на кого похож. Потом сын попросил пока не приезжать, мол, он сам меня проведывать будет.

Я тогда посмотрела на него и поняла: он выбирает мир в своем доме. И, наверное, это правильно. Я не обижалась, просто перестала ждать.

Через полгода на моем пороге стояла Виталина с Колькой на руках. Вид у нее был растерянный, волосы растрепаны.

– Анна Петровна, у нас с трубами авария, а мне срочно нужно в банк до пяти вечера. Андрей в командировке. Не могли бы вы… ну, хотя бы час?

Я открыла дверь шире, в моей квартире пахло пирогами с яблоками, на столе лежала канва для вышивки, из открытой комнаты доносилась музыка.

– У вас… уютно, – сказала она, передавая мне ребёнка.

Я взяла внука. Он был теплый и тяжелый.

– Здравствуй, Коля, – сказала я. – А я тебя уже заждалась.

Когда Виталина вернулась, я уже искупала Колю и переодела. Она посмотрела на сына и спросила тихо:

– А почему вы не настаивали? Не звонили, не требовали?

Я пожала плечами:

– Зачем? У вас своя жизнь. Я не хочу быть той свекровью, которая лезет с советами. Мне и одной неплохо. Я теперь в театр хожу, вот на Чехова собираюсь.

– А знаете, – произнесла невестка, – я ведь думала, вы обиделись и теперь ждете, что я приползу извиняться. А вы просто живете.

– Живу, – согласилась я. – И вам советую. Меньше думайте о том, что я подумаю.

Она взяла пирог, завернула его в пакет, посадила Колю в коляску. Уже в дверях обернулась: 

– В следующий раз, если трубы опять прорвет, я позвоню.

Я кивнула. Не стала говорить, что в «следующий раз» можно и без аварии. Просто помахала им рукой.

Мир, который я построила вокруг себя, оказался крепче, чем я думала. И пускать в него кого-то просто так я больше не спешила.