Зять помогает бывшей жене, а моя дочь меня просит пойти в декрет, чтобы самой выйти на работу

Моя дочь рано вышла замуж. С Колей они поженились, когда были студентами. И этот брак не просуществовал долго.

Уже через несколько лет они развелись. Лера и переехала ко мне с ребенком. На тот момент Герману, моему внуку, было только 1,5 года.

Дочь отсидела весь декрет, потому что в садик не смогла раньше сына устроить, после чего только вышла на работу.

Лера получала алименты. Также Коля порой приходил и проводил время с сыном. Тут к бывшему зятю нет никаких претензий. Я вообще всегда к нему ровно относилась.

А сейчас я его вспоминаю даже с легкой грустью. Все-таки Коля этот был отличным парнем. Да, именно отличным. Нынешний мой зять даже в подметки ему не годится.

Когда Лера стала на работу ходить, ее сын начал со своим отцом больше времени проводить. Коля забирал мальчика из садика, гулять с ним ходил.

Лера же получила возможность ходить на свидания. Так она и познакомилась с Игорем. И про него он мне много рассказывала.

- Он такой обходительный, вежливый, - заливалась дочка. – У него машина классная, квартира трехкомнатная имеется. И бизнес он свой ведет. Игорь в разводе с женой, но дети уже взрослые, алименты он не обязан на них платить. Какие могут быть препятствия для наших отношений?

Все складно звучало. Но только мне плохо стало, когда я увидела этого Игоря. Он же на 20 лет старше моей дочери был! Мы с ним одного года рождения!

- Мама, у нас через пару месяцев свадьба будет, - сказала мне Лера.

Я плакала и плакала, не могла успокоиться. Как вообще можно было добровольно согласиться жить с каким-то старым мужиком, который тебе в отцы годится?

- Мама, Игорь – хороший человек, - убеждала меня дочь. – Мне с ним будет хорошо. И к Герману он хорошо относится. Он же уроки с ним делает, играет с ним. Гулять его водит. И нам море он даже нас повезет.

Я не смогла переубедить дочь, поэтому она вышла замуж за Игоря. И через несколько лет она еще и забеременела. И тогда начались проблемы.

У зятя в бизнесе что-то не ладилось. Но моя Лера верила, что эти трудности временные, что все будет хорошо.

После рождения Филиппа, моего младшего внука, положение стало еще хуже. Зять совсем копейки стал получать. Нор не в этом суть даже.

- Он же жену бывшую содержит, - объяснила мне как-то дочь катастрофическую нехватку средств. – У них при разводе такая договоренность была. Не может он ее бросить, потому что именно на его наущению она не работала всю жизнь. И теперь Игорь себя обязанным чувствует ее содержать. Хорошо еще, что дети его не просят ничего, что они в жизни устроены нормально.

И плевать при этом зятю, что его жена, которая недавно родила, без денег сидит, что она не может купить ничего ни одному ребенку, ни другому.

Я пробовала с Игорем на эту тему разговаривать, но он не изменил ничего, не уменьшил финансирование бывшей супруги, сославшись при этом на какие-то устные договоренности.

А моя Лера все хуже выглядела, все хуже себя чувствовала. У нее проблемы нарастали, будто снежный ком.

- В школу деньги сдать нужно, - говорила Лера, - потому что иначе на праздники Герман подарки не будет получать, на экскурсию не поедет. И младшему нужно новые вещи купить, какие-то игрушки. Что-то подруги отдают мне, но этого мало. Еще что-то докупать приходится. А денег все меньше и меньше с каждым месяцем.

Игорь все это слушал, понимал, но говорил, что пока что не может ничего сделать, ссылался на трудности на работе.

Недавно мне позвонила Лера. И она предложила мне сидеть с ее младшим ребенком в декрете, чтобы она могла выйти на работу.

- Ты же на пенсии все равно, - сказала дочь. - А так у тебя занятие будет. Ты же так любишь Филиппа нашего.

Я внука обожаю. И на пенсию льготную я вышла. Дочери я не против помочь, о чем ей сказала, но мне все же обидно за нее.

- Игорь твой не шевелится вообще, - сказала я прямо. – И зачем тебе старый муж, если ты на семью еще будешь зарабатывать? Лучше бы развелась, чтобы лишний рот отвалился.

Я никогда не даю советов, но тут уже я не выдержала. Пришел все-таки конец моему терпению. И Лера пусть задумается. Нельзя же на себя взваливать взрослого мужика.