- Учительница не любит меня, - наш педагог нормально относится только к тем, кто к ней ходил на подготовительные занятия

В садик моя дочь Лера не особо хотела ходить. Она со слезами оставалась в группе в первый год посещения.

Потом дочь как-то привыкла, освоилась, подруга у нее в саду появилась. Воспитательница говорила, что Лера не очень хочет проявлять инициативу, участвовать в каких-то играх, праздниках.

- Но она отлично все знает, на занятиях хорошо отвечает, - говорила Вера Ильинична. - Это главное, как мне кажется.

Я тоже так считала. Не всем же дано быть активистами. Но все же мы с дочкой стихи учили. И на утренниках она их рассказывала, если нужно было. Просто она удовольствия от этого не получала.

Когда до школы год оставался, я стала узнавать про подготовительные занятия в школе, к которой мы по прописке относимся. Нор так мы туда и не пошли. Лера сама стала читать, получалось у нее неплохо, считать, писать печатными буквами. А потом она и в прописях для самых маленьких стала делать что-то.

- А зачем ты на подготовительные будешь водить ее? – спросила у меня соседка. – Она же и так к школе готова. Да, сейчас модно водить туда, в школы раннего развития. Но не всегда это необходимо так, как говорят.

Я бы пропустила слова этой соседки мимо ушей. Но только она – учитель начальных классов, правда, не в нашей школе, а в другой. Она же наверняка знала, о чем говорит. Я с воспитательницей в саду поговорила. И от нее я то же самое услышала. Ей казалось, что моя дочь и так готова к школе.

- Еще целый год впереди, - сказала Вера Ильинична. – Если пробелы и есть где-то, то мы их восполним. Но особых проблем у Вашей девочки нет. Она прекрасно все запоминает и понимает.

Я и не повела никуда дочь. Лера занималась сама, я с ней что-то делала. Так мы и подготовились к 1 классу.

Попали мы к Александре Михайловне. Эта учительница была энергичной, молодой. К ней все стремились попасть. Я о ней отзывы хорошие слышала, читала. Мне педагог очень понравилась изначально. Она провела родительское собрание перед началом года, расположила нас к себе во время него. После линейки учительница повела детей в класс, там провела с ними короткое занятие, познакомилась со всеми. Лера была в полном восторге от учительницы. И она с радостью в первые две недели ходила в школу. Потом как-то угас энтузиазм. Я сначала думала, что Лера просто устала. Непривычная же была нагрузка для нее. Но оказалось, что дело совсем в другом.

- Учительница не любит меня, - сказала дочь. – Если я не знаю чего-то, она ругается. А если не знает Саша или Полина, то она не говорит ни слова, не ругает их вообще.

И другие имена детей называла Лера, к которым не придираются. Я думала сначала, что это все – выдумки дочки, но потом одна из мам, с которой мы разговорились, пока ждали ребят после уроков, подтвердила это.

- Мой сын то же самое говорит, - сказала эта женщина. – Я подумала так и поняла, что только детей, которые ходили к ней на подготовительные занятия, Александра Михайловна любит. Она к ним как-то лояльнее относится, а к другим придирается. Не нравится ей, как другие педагоги подготовили детей. Не по ее стандартам, видимо.

Я еще присмотрелась, проанализировала все рассказы дочки. И я отправилась на разговор к учительнице. Хотелось мне ее мнение услышать.

- С детьми, которых я готовила к школе, проще, - сказала Александра Михайловна. – Они знают требования, им не нужно их повторять. А с Вашей Лерой и теми, кто не ходил на подготовку, приходится больше работать. Я трачу на уроках время на то, что многие ребята выучили еще до школы.

Но есть определенная программа, по которой должны работать дети. И она одна для всех. Почему надо делить ребят на тех, кто готовился и не готовился к школе?

- Я на Ваш вопрос ответила. Вы бы точно так же вели себя на моем месте. Я не могу распыляться на всех. У меня 30 человек в классе!

Нет, так не пойдет дело. Относиться к моей дочери учительница может, как хочет. Но она не должна этого так откровенно показывать. Я поговорю с другими мамами, пойду с ними вместе к директору. Пусть руководство объяснит нашей Александре Михайловне, как нужно с детьми работать, если она не научилась этому в институте.