- Теперь она только с тобой будет ходить по магазинам, - общение с падчерицей решили на меня скинуть

Когда я выходил замуж за Глеба, я была в курсе, что у его дочь от первого брака есть. На тот момент Лике было 7 лет, с ней никаких проблем не возникало.

Муж ходил к дочке, когда навещал Диану Сергеевну, свою мать. Моя свекровь жила в соседнем от бывшей жены своего сына доме, поэтому было очень удобно ко всем и сразу ходить.

Мы с мужем жили отдельно, меня никто не напрягал общением с падчерицей. До меня лишь иногда новости из ее жизни доходили.

- Мама и моя бывшая жена говорят, что Лика ленится, что не хочет в школе учиться, - рассказывал Глеб. - Я и сам такой был, но понимаю, что это неправильно.

Потом у нас свои дети родились. И мне не до Лики стало. Муж это понимал, не навязывал мне ничего, даже новостями не делился о своей дочери, и меня это устраивало.

В том году Глеб все же рассказал мне про Лику. Там ничего хорошего не было, ведь девочка стала бунтовать.

 

- Ей деньги на репетитора ее мама дала, - сказал муж. – А она пошла и потратила их на какие-то безделушки. Теперь Лику вообще карманных денег лишили.

Падчерица плохо поступила, но я могла ее понять. Я напомнила Глебу, как его мать и его бывшая жена требовали от Лики отчета за каждую копейку.

- Не должен ребенок в этом возрасте отчитываться, куда он 50 рублей потратил,  сказала я. – И тут, мне кажется, ты должен поддержать дочь.

Муж был со мной согласен. Он стал давать Лике карманные деньги, чтобы она могла ими распоряжаться на свое усмотрение. Но только он просил дочке никому об этом не говорить. И Лика никогда не подводила своего отца.

Тут Глеб поехал в командировку. Я стала проводить время одна, потому что наши дети были в деревне у моей мамы.

У меня были свои планы, но только их  нарушил звонок Глеба. Он поспешил дать мне поручение, которое касалось его дочери.

- Ей нужны новые кроссовки. А ей в руки деньги никто не дает. Ты не могла бы сходить с Ликой в магазин и купить ей кроссовки? Я тебе на карту деньги на них скину сейчас.

Я не горела желанием так проводить время. И я прямо об этом Глебу сказала, предложила сделать перевод на карту бывшей или Дианы Сергеевны. Но муж был настойчивым, говорил, что его родственникам некогда ходить с девочкой по магазинам.

Я пошла с Ликой в магазин обуви. Там она стала смотреть кроссовки себе. От себя скажу, что выбор был огромным, там непременно можно было выбрать на любой вкус что-то.

- Нет, мне не нравится здесь ничего, - сказала Лика через 20 минут.

Я не могла слушать это нытье, поэтому оставила Лику одну, пошла себе вещи смотреть в тишине и спокойствии.

Вернулась я через полчаса. И Лика так и не выбрала кроссовки. Она при мне померила только одну пару, но она ей не подошла по размеру. А другого не было.

- Ты в мужских посмотри, - сказала я. – Сама же говорила, что там все красивое. Попробуй там найти себе подходящую модель.

Лика пошла к стеллажу с мужской обувью, нашла там себе кроссовки, а я попросила продавца принести 38 размер.

- Я бы не догадалась сама, - сказала Лика. – Спасибо тебе. Что бы я без тебя делала?

Так мы купили падчерице кроссовки. Она в хорошем настроении отправилась домой, похвасталась покупкой маме и бабушке. Свекровь потом позвонила мне, отругала меня.

- Ты почему к мужскому девочку приучаешь? Кого ты из нее делаешь? Мне не нравится, маме Лики не нравится. Больше ты не пойдешь в магазин с нашей девочкой.

 

Я даже рада была, что у Дианы Сергеевны такая реакция. Зато я свободна ото всех обязательств, касающихся общения с Ликой.

Но рано я обрадовалась, потому что Глеб, когда вернулся, сказал, что его дочери я сильно понравилась, что она хочет теперь со мной общаться.

- Теперь она только с тобой будет ходить по магазинам, - «обрадовал» меня муж. - А скоро ее в школу собирать. Как раз сможете время хорошо провести.

Я попробовала отмазаться, но не получилось. Не горю я желанием общаться с падчерицей так тесно. И почему мне это навязывают так активно?

Я еще буду с мужем говорить, но что-то мне подсказывает, что тут только через скандал получится к общему знаменателю прийти. Не хотелось бы ругаться, но без этого мы не обойдемся, видимо, в данной ситуации.