Соседка стала наращивать на дому ресницы, поэтому тамбур превратился в курилку для ее клиенток

Я с Викой давно живу по соседству. Мы – ровесницы, поэтому нам всегда есть, о чем поговорить, что обсудить.

В последний год Вика стала жаловаться, что на работе у нее совсем тухло, что зарплату задерживают, а про премии уже никто и не вспоминает.

- Буду курсы проходить какие-нибудь, чтобы на себя работать, иметь какой-то стабильный приработок. Иначе не выживу.

Я поддержала соседку, пожелала ей удачи. Я только не спросила, какое именно она направление выбрала. Мне казалось, что со временем, если у Вики все сложится, я сама все узнаю.

С Викой я стала реже видеться. Ее вечно дома не было. И она оправдывала все это учебой, на которую пошла.

- Бьюти-сфера процветает, поэтому и выбрала ее, - сказала соседка. – Моделью моей не хочешь побыть? Я ресницы наращивать учусь.

Я согласилась. Нужно же было только за материалы заплатить. Мне интересно было попробовать эту процедуру, потому что как-то не решалась я раньше на нее, хоть и слышала от многих знакомых, что очень удобно с накладными ресницами.

Соседка сделала мне ресницы, я ходила к ней ради этого в учебный центр, который она посещает. И мне ее работа понравилась.

- Когда буду принимать клиентов сама и за деньги, будешь меня рекомендовать?

Я честно ответила, что буду. Мне на самом деле понравилось все. Очень аккуратными получились мои ресницы. Я сказала Вике, что я и сама буду к ней приходить, если по карману мне это будет.

Вика окончила те курсы, но с основной работы не ушла. Я опять не задавала никаких вопросов. Я поняла, что она на дому работать будет, когда увидела, что ей грузчики кушетку заносят в квартиру. Потом Вика подтвердила эту мою догадку.

- Тебе удобно будет ко мне приходить, - смеялась соседка.

Я и стала приходить к Вике на ресницы. Она делала их мне аккуратно, скидку давала всегда. Все хорошо было до недавних пор.

У Вики стало больше клиенток. И нередко одна с другой пересекается. В этом случае девушки выходят вместе с Викой в тамбур, курят там и разговаривают, смеются.

Соседка раньше курила на балконе, не дымила в тамбуре. И я, когда в первый раз ее с клиентками застукала на общей площади, не стала делать замечания. Мне показалось, что случай единичный.

Но Вика стала систематически курить в тамбуре этом. Если она не делала этого с клиентками своими, то они там собирались.

Девушки порой приходили с подругами и раньше назначенного Викой времени. И они вынуждены были ожидать в тамбуре. В квартиру их не пускали.

Шума от таких девушек было много. Они громко смеялись, разговаривали, используя бранные слова. Куда это годится?

Я не выдержала, поэтому пошла к соседке, чтобы обсудить с ней эту проблему. Вика же только посмеялась надо мною.

- У нас в тамбуре еще одна квартира. И мне те соседи ни слова не сказали по поводу моих клиенток.

Там просто жили спокойные и интеллигентные люди, которые не хотели лишний раз ругаться и портить отношения с соседями.

Когда Вика меня отшила так, я решила поговорить с теми соседями. Мне дверь открыла тетя Люда.

Я объяснила ей, зачем пришла. Соседка выслушала меня, но не разделила, к моему удивлению, мою позицию.

- Вика зарабатывает, старается. Не может она нести ответственность за поведение своих клиенток. А ты бы вошла в ее положение, потерпела. Не так же часто и не целыми днями ты слушаешь эти разговоры ее клиенток.

Я не понимала такой позиции человека. Как вообще можно поощрять нечто подобное? Но больше всего меня не это расстраивало, а то, что я одна не могу повлиять на ситуацию. Вика меня один раз не стала слушать, не будет и в дальнейшем этого делать.

- Видишь, - ехидно сказала мне Вика, - только тебе все мешает. А нормальные люди с пониманием относятся к происходящему, не стараются прицепиться хоть к чему-то, чтобы другого достать.

Недавно я узнала, что Вика с основной работы ушла, что она планирует только ресницами заниматься, что она даже самозанятость оформила.

Я поняла, что теперь клиентки к Вике будет ходить с утра до вечера. И их разговоры в тамбуре, курением мне придется терпеть.

Тетя Люда с этим согласна, сказала, что не станет никаких мер принимать. И на чью поддержку мне полагаться теперь? Одна я не справлюсь.