Мужчина уезжал к детям от первого брака, а потом выяснилось, что не только к ним

Умение признавать свои ошибки — это признак силы. Игорь признавал их красиво. С первой нашей встречи он был предельно честен: разведен, двое пацанов, младший ходит в сад. Бывшую жену не поливал грязью, а спокойно объяснил: «Я был скотиной, Валя. Не замечал, требовал, довел до ручки. Она устала. Это мой провал».

Меня это подкупило. В наше время редко встретишь мужчину, который вместо обвинений говорит: «Да, я был не прав». Спустя пару месяцев я уже ловила себя на мысли, что он — тот самый, надежный.

Он действительно пытался быть хорошим отцом. Раз в месяц ездил в область к мальчишкам, возил их в парки, покупал конструкторы. Я видела в этом глубину: если мужчина отвечает за детей, он и за женщину ответит. Мы даже начали обсуждать переезд, я представляла, как мы вместе идем в кино, как я знакомлюсь с его семьей.

Всё разбилось в прошлую субботу.

Игорь заранее сказал, что выходные заняты: у старшего сына день рождения, они едут в океанариум. Я, конечно, расстроилась, но вида не подала. Сказала, что съезжу к маме, и не дергала его, понимая, что он с детьми.

Вечером в воскресенье я пролистывала ленту и наткнулась на фото. Оно было выложено у Игоря в сторис. Яркое, праздничное. На нем он стоял у огромного аквариума, одной рукой прижимая к себе сына, а второй обнимая за талию высокую блондинку, его бывшую жену. Дети держались за них обоих. «Мы — команда» — гласила подпись.

Я набрала его.

– Игорь, я смотрю, вы отлично погуляли. Всей семьей?

– Привет. А, ты про фото? – Голос у него был спокойный, даже умиротворенный. – Валя, прекрати. У пацана был праздник, мы просто пересеклись в кафе.

– Пересеклись? Ты обнимаешь ее за талию. Это называется «просто пересеклись»?

– Ты себя слышишь? Ребенок захотел совместное фото. Я что, должен был сказать: «Нет, сынок, твоя мама — чужой человек»? Ты же вроде адекватная женщина. Не начинай истерику из-за ерунды.

Он сбросил звонок, оставив меня с чувством вины. Действительно, я ведь веду себя как ревнивица? Они же просто родители.

Я просидела до утра. Написала первой: «Извини, я была не права. Просто переживаю за нас». Он ответил быстро: «Мир. Я ценю твою мудрость».

Всю следующую неделю я старалась быть идеальной. Готовила его любимый стейк, не лезла с разговорами, когда он хмурился. А он хмурился часто. В пятницу он приехал ко мне с огромным пакетом.

– Тебе, – протянул его мне. Там было платье. Дорогое, вечернее, хотя мы никуда не планировали выходить.

– Игорь, оно шикарное… Но какой повод?

– Люблю, когда ты красивая, – он чмокнул меня в лоб. – Кстати, на следующей неделе меня не будет пару дней. Съезжу к пацанам, Митя заболел.

Я кивнула, стараясь не показать, как кольнуло в груди. Я убирала пакет в шкаф и заметила, что он не вынул чек. Обычно я не смотрю на такие мелочи, но тут взгляд упал на дату. Чек был выбит в торговом центре, который находится в пригороде, там, где живет его бывшая жена. В прошлую субботу. В тот самый день, когда он «просто пересекся» с ней в кафе на дне рождения сына.

В субботу утром, вместо того чтобы ехать к маме, я села в машину и поехала туда.

Я не планировала сцен. Просто хотела убедиться, что не схожу с ума. Я знала адрес детского сада младшего. Стояла через дорогу, когда увидела их. Игорь вышел из черного внедорожника, обошел машину и открыл дверь для Алины. Она вышла, поправляя волосы. Он подхватил на руки младшего, а старший взял его за руку. Они шли медленно, и она смеялась чему-то, что он ей говорил.

Они выглядели как семья. И я поняла, что «подарки» и «переезд» были просто словами, которыми он меня усыплял, пока решал, с кем ему удобнее.

Вечером, когда он прислал очередное сообщение: «Целую, ложусь спать, скучаю», я ответила смайликом.

Сложила в пакет его футболки, которые он оставлял у меня, и ту коробку с платьем. Я оставила это все на коврике перед дверью, а сверху положила записку: «Спасибо за опыт. Не волнуйся, свою ошибку я тоже осознала. Она заключалась не в ревности, а в том, что я поверила в твою сказку. Будьте счастливы, команда».