- Две квартиры лучше, чем одна, - свекровь не хочет, чтобы мы большее жилье покупали, пусть и без ипотеки

У меня никогда нормальных отношений со свекровью не было. К маме Олега я относила так, будто она – неизбежное зло. И эта установка мне сильно помогала.

- А у моей дочки совсем не так все в доме организовано, - любила говорить Тамара Николаевна.

С Ульяной, моей золовкой, свекровь обожала меня сравнивать. Конечно же, все сравнения были именно в пользу дочери Тамары Николаевны, а не в мою.

Ульяна и работала, и все по дому успевала делать. У нее никогда не было грязно в квартире, не валялось нигде и ничего.

А про меня такого нельзя было сказать. Я работала много, приходить домой в будние дни могла поздно. Если так случалось, то мои муж и дети ели пельмени или что-то подобное, что легко и быстро готовиться.

Олег сам не горел желанием стоять у плиты. И не хотел учиться он делать какие-то более сложные блюда. За то, что он и дети порой так неправильно питаются, я от свекрови получала регулярно.

 

- Не любишь ты моих внуков и моего сына, - говорила Тамара Николаевна.

Я в выходные наводила порядок, готовила на несколько дней вперед. Олега это вполне устраивало. И если к четвергу и пятнице не оставалось того, что я сделала, он не говорил мне ни слова по этому поводу.

У нас с Олегом своя двухкомнатная квартира. Мы ее приобрели в первый год нашего брака. И за нее мы погасили быстро ипотеку, потому что каждую копейку вкладывали в нее.

Потом мы стали откладывать деньги, копить на новое жилье, которое больше будет. Все-таки с двумя детьми хотелось трешку.

В этом году у нас собралась необходимая сумма, которой вместе с деньгами от продажи двушки, хватит на трехкомнатную квартиру в хорошем районе нашего города.

- Будем продавать нашу квартиру, - сказал муж, - а там присмотрим себе трешку.

 

Мы заранее собрали все документы на квартиру, наши паспорта и положили все это в тумбочку в прихожей. Так было бы удобно показывать все это потенциальным покупателям.

В начале августа у нашего младшего сына был день рождения. И поздравить его пришли все родственники.

Мы расположились на кухне, стали болтать. И в какой-то момент Олег начал делиться нашими планами на продажу квартиры и покупку большей.

Я не имела ничего против этой откровенности. Я же тогда не подозревала, что Тамар Николаевна будет осуждать наше решение.

- Продавать квартиру? – сделала круглые глаза свекровь. – Зачем это надо? У вас такая двушка хорошая. Вы бы еще одну квартиру взяли, сдавали бы ее. Так у вас будет гораздо больше метров в собственности, которые дорожают постоянно, а еще и пассивный доход.

Олег сказал маме, что в этом случае мы будем вынуждены лезть в ипотеку. А мы с ней не хотели связываться вообще никак.

- Две квартиры лучше, чем одна, - стояла на своем свекровь. – Олег, ты меня слушай, а не жену свою. У меня богатый жизненный опыт. А твоя Ира тебе такого насоветует, что потом не будешь знать, как все это разгребать. И дети у вас растут. Им же нужно будет старт в жизни дать. И в этом случае еще одна квартира будет вам кстати.

Тамару Николаевну никто не поддержал. Но и перечить ей не стал никто. Ира вообще промолчала. Кстати, эта особенно золовки мне нравится: она ни к кому не лезет, советов не дает. И не выпендривается она, не пытается себя выше меня или кого-то еще ставить.

После того праздника мы с мужем еще раз поговорили. И Олег сказал, что свои планы мы не будем менять, что мы будем покупать трешку, как и собирались изначально.

Только Тамара Николаевна все никак не успокаивается. Она звонила много раз нам, пыталась на своем настоять.

А однажды она пришла и нашла у нас документы на нашу квартиру. Она даже украсть их хотела, унести к себе домой. Хорошо, что я вовремя заметила, что она копается в ящике у нас в прихожей. А так бы она нарушила наши планы.

- Мама, не надо к нам ходить больше, - сказал Олег. – В новую квартиру уже придешь, когда новоселье будем справлять. А пока что займись своими делами и нам не мешай.

Тамара Николаевна сильно обиделась, сказала, что она не ожидала от нас такого отношения. А мне все равно на ее чувства и переживания. Она же не думает о том, что нас задевает своей бесконечной критикой.